Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: Фанфики (список заголовков)
21:13 

Просто быть нужным...

Самый хороший учитель в жизни — опыт. Берет, правда, дорого, но объясняет доходчиво.
Название: Просто быть нужным.
Автор: Laura Ryuzaki.
Бета: Главное правильные кнопки нажимать)
Фэндом: Death Note.
Рейтинг: PG
Дисклеймер: от прав на персонажей... ОТКАЗЫВАЮСЬ!!!
Жанр: ангст, ООС Лайта, смерть персонажа.
Персонажи: L, Лайт
Содержание: Мысли о душе и внутреннем мире персонажа, а также о том, чего не произошло. Вариант на тему альтернативной концовки DN.
Копирование: только с шапкой и обязательным указанием автора! Название не воровать для своих фанфиков, ррразорву!!!
Статус: закончен.
От автора: приятного прочтения)

============
. "Неужели... Неужели это случится сегодня? Он умрет, и на моей дороге больше не будет стоять препятствия по имени L..."
. Таковы были размышления Киры - Ягами Лайта, глядящего на одинокую фигуру L сквозь пелену затяжного дождя. Когда он увидел Рюузаки, стоящего под ливнем, какое-то чувство вдруг колыхнулось внутри. Но, скорее, это было удивление.
. - Рюузаки! Такой сильный дождь... Пойдем внутрь.
. - Да..., - оторвался от своих размышлений детектив. - Идем, Лайт-кун. Ты весь промок.
. Сидя на лестнице ,Лайт молча смотрел, как Рюузаки вытирает ему ноги полотенцем. Ему было немного неловко, но ведь L сам настоял на том, чтобы помочь ему. Он видел склоненную голову с густыми черными волосами, с которых капала вода; видел опущенные плечи и грустный взгляд проницательных глаз; он чувствовал, как аккуратно массируют ступню теплые, тонкие пальцы...
. И сердце его вдруг сжалось, будто в тисках; в горле возник предательский комок, а в ушах зазвучали давно сказанные слова: "...Ведь Лайт-кун - мой первый друг..."
. "Рюузаки..., - пронеслось в голове Лайта. - Ну почему так должно случиться? Это так тяжело - выбирать между дружбой и Новым Миром..."
. А Бог смерти Рем в это самое время вписывала в Тетрадь сметри настоящее имя Ватари...
. Когда L и Лайт вернулись в здание штаба, они увидели, как многочисленные экраны вдруг засияли красным светом; услышали звук сигнала тревоги. И L вдруг понял, что произошло.
. - Ватари! - беспомощно проговорил он побелевшими губами. - Ватари...
. Руки сжались в кулаки, и ногти что есть сил впились в ладони. L резко вышел из комнаты, и Лайт побежал за ним. Когда Рюузаки скрылся за дверью кабинета Ватари, Ягами увидел Рем, прозрачную, почти бесплотную, заносящую ручку над Тетрадью смерти...
. - Рем! - Лайт вскинул вверх руку. - Подожди. Нужно еще немного времени. Только не убивай его без моего сигнала...
. Бог смерти молча растворился в воздухе так же внезапно, как и появился.
. Ягами Лайт вошел в комнату Ватари. Он увидел, что L сидит на полу, поддерживая за плечи распростертое тело своего опекуна. Старик был мертв, и Лайту было хорошо известно, кто за этим стоит.
. - Лайт-кун, помоги мне переложить Ватари на диван, - раздался абсолютно спокойный голос L. Слегка удивившись такому самообладанию, Лайт приблизился и помог уложить на софу потяжелевшее тело. Затем Рюузаки спокойным шагом отошел к окну и, засунув руки в карманы, стал неподвижно глядеть на ночной город, залитый дождем. Лайт подошел к нему.
. - Рюузаки! Я поражаюсь твоему спокойствию! Что ты стоишь?!
. Ответ был неожиданным, словно шквал ледяной воды.
. - Жду смерти. Ведь я следующий, да?... Если Кира знает имя Ватари, то ему известно и мое тоже...
. L стоял спиной к Лайту. Ягами подошел и положил руку на плечо детектива.
. - Рюузаки... Мне так жаль Ватари.
. L опустил голову.
. - Ватари. Единственный человек, которому я был дорог. Который любил меня...
. Услышав это, Ягами Лайт побледнел, а в горле снова появился комок. Он крепче сжал пальцами плечо L.
. - Но, Рюузаки... Мне ты тоже дорог.
. Плечи L слегка напряглись, он замер со склоненной головой.
. - Если я действительно дорог тебе, ты можешь сказать мне правду?
. - Спрашивай...
. - Кира - это ты, да?... - произнес детектив скорее утвердительно.
. Лайт молчал. Он не мигая смотрел на L, стоящего у окна. Детектив оперся руками на подоконник и стоял согнувшись, все так же опустив голову. "Как он одинок..., - подумал Ягами. - Ведь у него действительно никого больше не осталось...Он прав. Он раскусил меня сразу... Но все же как этот человек умеет владеть собой... У него колоссальная сила воли... Только что практически на его руках умер его опекун, единственный близкий человек, а он не проронил ни одной слезы... Может, потому, что просто некому его утешить?..."
. И Лайт вдруг рассердился... на самого себя. Подскочив к столу, он резко схватил с него настольную лампу и швырнул об стену. Лампа разбилась, разлетевшись на сотни осколков. L едва заметно вздрогнул. А Лайт, забыв обо всем, кричал:
. - Да, я Кира! Но Ватари я не убивал, это все Рем, Рем... Я не знал! - он словно обезумел, его голос сорвался. - Я не хочу быть Кирой, если приходится жертвовать ЭТИМ! Я не хочу жертвовать дружбой! Всех преступников я переубивать не смогу, но потеряю такого друга, как ты...Я не хочу больше, Рюузаки..., - голос Лайта стал тише. - Я отказываюсь...
. В голове закружило, и Лайт был вынужден закрыть глаза и опереться о стол, чтобы не упасть. Через несколько секунд он оглядел комнату ясным взором. Увидел тело Ватари, лежащее на диване. Рюузаки все так же стоял, замерев, спиной к Лайту, оперевшись о подоконник.
. "Ватари погиб... Его убил Кира..." - пронеслось в голове Лайта. Он сделал несколько шагов по направлению к L, не сводя глаз с детектива. И тут Ягами вдруг увидел ,как на подоконник упала быстрая прозрачная капелька, оставив мокрое пятнышко на пластиковой поверхности. Затем еще одна капля оставила мокрый след, словно догоняя первую...
. "Он плачет! Рюузаки плачет!" - от этого открытия Лайту стало не по себе. У него перехватило дыхание. Быстрыми шагами он подошел к детективу и, развернув его за плечи, порывисто прижал к себе.
. - Рюузаки! Я не брошу тебя. Ты никогда больше не будешь один. Я всегда буду рядом, буду помогать тебе. Прости, если я когда-либо обидел тебя... Я просто не понимал тебя... Мы найдем Киру вместе, Рюузаки, - отказавшись от Тетради смерти, Лайт забыл, что Кирой являлся он сам.
. L поднял на Ягами свои огромные грустные глаза, и Лайт вдруг заметил, что они цвета потемневшего серебра. Рюузаки тихо проговорил, словно подтверждая собственные мысли:
. - Ты и вправду отказался... Я вижу взгляд Лайт-куна, но не Киры...
. - Что? - не понял Лайт и на всякий случай нахмурился.
. - Скажи..., - решившись, произнес L, - Ты говорил, что я дорог тебе... Это правда?
. - Конечно, Рюузаки. Такого друга у меня еще никогда не было.
. Рюузаки опустил голову и, помолчав немного, произнес:
. - Знаешь... Ни один человек до тебя не видел, как плачет L...
. Лайт чуть улыбнулся.
. А я не думал, что ты вообще умеешь плакать. Я так сочувствую тебе... Ведь Ватари вырастил тебя... Мы отомстим Кире за его смерть! - глаза Лайта стали злыми.
. - Нет, Лайт-кун, - спокойно произнес великий детектив. - Дело Киры закрыто. Не спрашивай меня о подробностях, я пока не готов говорить о них. Просто верь мне.
. Лайт снова положил руки на плечи L и заглянул ему в глаза.
. - А ты можешь всегда доверять МНЕ, Рюузаки.
. - Да, Лайт-кун. Для меня это очень важно.
. Внезапно Лайт замер, глядя на лицо детектива. Оно непривычно преобразилось. Потому что Рюузаки... улыбался, а серые глаза его лучились!
. И они обнялись. Крепко-крепко, с тем, чтобы никогда не ссориться больше.
========
. Так все должно было быть. Но...
L LAWLIET (RYUZAKI). 5 НОЯБРЯ 2007 ГОДА СКОНЧАЛСЯ ОТ СЕРДЕЧНОГО ПРИСТУПА У СЕБЯ В ШТАБ-КВАРТИРЕ В РЕЗУЛЬТАТЕ ПРЕДАТЕЛЬСТВА КИРЫ, КОТОРЫМ ЯВЛЯЛСЯ ЕГО БЛИЖАЙШИЙ ДРУГ И ПОМОЩНИК ЯГАМИ ЛАЙТ.
. В душе Киры не было жалости к детективу. Но L до последних минут своей жизни хотел верить своему единственному другу, несмотря на все свои подозрения. Он покинул этот мир, никем не любимый и не оплаканный, никому не нужный. И теперь он лежит в безымянной могиле, такой же бесчувственной и холодной, каким был мир вокруг него при жизни.
. Он многое мог бы дать этому миру и людям, которые бы искренне его полюбили. Он просто хотел быть нужным... Стремясь к совершенству, он так надеялся, что его есть за что полюбить... Какое же море нерастраченных чувств обрушилось бы на того, кто смог бы стать для него по-настоящему близким, смог бы понять его... Но никто не захотел приподнять завесу его души. Он выглядел таким неприступным лишь потому, что боялся предательства, лжи; боялся душевной боли... И, как оказалось, был прав.
. Хотелось бы сказать: присмотритесь повнимательнее к тем, кто находится рядом с вами, является близким человеком, но, возможно, раздражает вас. Прислушайтесь к его душе. Не нужно думать только о себе. Ведь все мы хотим быть кому-то нужными, важными, чтобы быть уверенными: когда нас не станет на этом свете, кто-то будет помнить о нас и скучать...
. Рюузаки очень этого хотел, - чтобы кто-то скучал по нему после его смерти... Но у него никого не осталось, не осталось даже имени. А справедливость - ее тоже не оказалось, хотя он до конца верил, что она восторжествует...
. Будь ты проклят, Кира.

@темы: фанфики, аниме, PG, Death Note

21:12 

Спасибо за правду.

Самый хороший учитель в жизни — опыт. Берет, правда, дорого, но объясняет доходчиво.
Название: Спасибо за правду.
Автор: Laura Ryuzaki.
Бета: Laura Ryuzaki.
Рейтинг: PG - 13
Фэндом: Death Note.
Дисклеймер: От прав на персонажей по-прежнему отказываюсь!
Пейринг: L\Light
Жанр: Ангст. Сенен-ай.
Содержание: Лайт признается L, что он Кира...
Статус: закончен.
Копирование: с обязательным указанием автора!
Запрещается: использовать мои названия или содержание под чужим именем!!! найду везде!
От автора: Приятного прочтения!


Весь вечер лил дикий, неистовый дождь. Рюузаки стоял на крыше и, казалось, не замечал этого ливня. Но погода в точности повторяла его чувства. Так же, как это мрачное небо, плакала его душа...
Он слышал только звон колоколов и голос Ягами Лайта.
- Лайт-кун, - произнес он. - Говорил ли ты хоть раз в жизни правду?..
- О чем ты, Рюузаки?
- Не обращай внимания. Я всегда несу чушь, да?...
Лайт слегка улыбнулся.
- Но ведь должен же быть предел твоей серьезности. А все-таки, зачем ты забрался на крышу? Ты же промок под дождем!
- Под дождем?.. - Рюузаки словно очнулся. Он протянул руку, и на его ладонь упали дождевые капли. - Я не обратил внимания...
Лайт подошел поближе.
- Почему ты так мрачен, Рюузаки?
- У всех людей бывает депрессия, Лайт-кун. Я ведь тоже человек... Или ты об этом забыл? - Рюузаки опустил голову, стоя к Лайту спиной.
- Я не понимаю причины твоей депрессии, Рюузаки.
- Не понимаешь?! - Рюузаки резко обернулся. - Да все из-за тебя! И если бы тебе не было безразлично, ты бы уже все понял сам! Но тебе все равно! Все равно, что я чувствую, и чувствую ли я вообще... Потому что я твой враг, Кира! Потому что тебе важно устранить меня с дороги...
Лайт хотел было промолвить привычное "Я не Кира", но язык не повиновался ему. Он смотрел на детектива и не узнавал его, пораженный внезапной переменой.
Рюузаки говорил громко, почти кричал. Его английская сдержанность исчезла без следа. Плечи L распрямились, изменив его осанку и рост. ВЫкрикивая слова, он немного подался вперед. Косой дождь нещадно хлестал по его лицу и телу, черные волосы развевал ветер, и несколько мокрых прядей прилипали то к щекам, то к уголку губ. Огромные глаза горели, и в них подрагивала влага непрошенных, не пускаемых наружу слез. Яркая вспышка молнии рассекла небо надвое, осветив изменившуюся фигуру L.
И было в этом образе что-то неизмеримо величественное, и Лайт замер, не сводя с детектива взгляда, пораженный этим величием.
- Рю...Рюузаки, - наконец проговорил он, справившись со смятением. - Ты опять за свое? Возьми себя в руки! Я не Кира!
Ягами приблизился к Рюузаки, и горящие глаза L заглянули прямо в его глаза.
- Сколько можно лгать... Хоть раз в жизни скажи правду, Лайт-кун! Я уверен, что ты вновь стал Кирой... Я думаю, ты даже пошел на то, чтобы договориться с шинигами о моей смерти...Потому что тебе все равно, каким путем...
Фраза оборвалась на полуслове, и L упал, отлетев на несколько шагов от удара кулака Лайта. Резко встал, вытерев рукавом капельку крови в уголке губ. Подскочил и несильным движением выбросил вперед сжатую в кулак руку. Лайт, внезапно схватившись за живот, согнулся пополам, на глазах от боли выступили слезы. Рюузаки схватил его за отворот рубашки и посмотрел ему в лицо.
- Зачем ты назвался моим другом? Зачем ты лгал? Я знал это и все равно привязался к тебе, а теперь ты снова и снова лжешь!.. Ничего, кроме правды, мне не нужно от тебя больше!..
Влажные от слез глаза L метали молнии, и Лайт увидел в них отражение собственных бегущих по лицу слез боли и стыда. Он резко вывернулся и, схватив Рюузаки за плечи, толкнул его, и L больно ударился спиной о железную стену здания. Лайт навалился на него, схватив его за отворот свитера. Предательские слезы продолжали бежать, и Лайт, глядя прямо в глаза детективу, прошептал:
- Да, я Кира... И я действительно приговорил тебя к смерти... Рад ли ты такой правде, Рюузаки?..
...Долго сдерживаемая слеза выкатилась из глаза L и медленно потекла по щеке, и Лайту она показалась тяжелее всех слез на свете. L ничего не ответил, лишь опустил глаза. Лайт прижался мокрой от слез щекой к щеке L и зашептал ему на ухо:
- Все еще можно изменить, Рюузаки... Просто будь на моей стороне, и мы вместе сможем изменить мир,... - он водил своей щекой по щеке Рюузаки ласкающим движением. Очередная слеза потекла по лицу L, смешиваясь со слезами Лайта, и Рюузаки прерывисто вздохнул, приоткрыв губы. А Лайт, закрыв глаза, продолжал шептать, словно в исступлении, касаясь губами мокрого лица детектива:
- Не нужно бороться против меня, Рюузаки... Кира действует во имя справедливости...
Рюузаки поднял руку и медленно провел пальцами по щеке Лайта, вытирая мокрую дорожку от слезы.
- Кира - просто убийца, - прошептал он.
Губы Лайта сжались. Он схватил Рюузаки за плечи и грубо толкнул его в сторону. L развернулся, удержав равновесие, и ударом ноги сбил Лайта, уронив на бетонный пол крыши, залитый дождем.
Лайт помотал головой, приходя в себя. Встал на ноги. L стоял в нескольких шагах от него, тяжело дыша. Лайт резко подскочил к Рюузаки и схватил его за мокрый свитер, заглядывая ему в глаза горящим взглядом.
- Я не могу отступить, Рюузаки...
L запустил пальцы в волосы Лайта и перебирал рукой их мокрые пряди. Лайт снова прижался лицом к его лицу и нашел губами губы L, слегка прикоснувшись к ним, и зашептал, согревая L своим горячим дыханием:
- Я не могу остановиться... И не хочу... Поэтому убей меня. Прямо сейчас убей меня, Рюузаки!.. Вот он я, стою перед тобой... Тогда ты будешь жить...
Рюузаки гладил мокрые волосы Лайта, убирая их назад с его лица, вглядываясь в его ставшие такими родными черты.
- Я не убийца, - прошептал он. - Не убийца и никогда им не буду...
Лайт сжал в руке ладонь L.
- Но тогда ты умрешь...
Ладонь Лайта гладила ладонь Рюузаки, их пальцы переплетались, затем разжимались и снова водили по ладони друг друга.
- Много людей из-за меня пострадало, - проговорил L, не отрывая взгляда от лица Лайта. - Я должен искупить свою вину собственной жизнью. Я не хочу умирать, но я готов к смерти. Если меня у тебя не станет, тебе будет только легче, ведь Кира даже не заплачет обо мне. А если отнять ТЕБЯ у меня...
L не договорил.
- Тогда что?... - тихо произнес Лайт.
- Ничего,.. - L опустил голову и прижался лбом к лицу Ягами.
- Рюузаки...
- Запомни, Лайт-кун... Моя смерть не станет подтверждением твоей победы. Ведь я с самого начала знал, что ты и есть Кира. Просто я очень хотел верить тебе и обманывал сам себя...
- Я знаю, Рюузаки... В нашей битве нет ни победителя, ни проигравшего. Но я очень хотел бы, чтобы ты был на моей стороне.
- Этого не будет, Лайт-кун. И если мне суждено умереть, то я умру. Но спасибо тебе, Лайт-кун...
- За что?
- За правду...
- И тебе спасибо, Рюузаки... Более цельного и стойкого человека, чем ты, я еще не встречал. И даже после смерти я хотел бы встретиться с тобой в ином мире...
- Я рад...
...И они обнялись. Крепко, не сказав друг другу больше ни единого слова. И долго стояли, обнявшись, а слезы беззвучно текли из глаз. Дождь беспощадно бил по их телам, но они не замечали его холодных струй.
Они прощались навсегда...

***
Конец.

@темы: Death Note, PG-13, аниме, сенен-ай, фанфики

21:07 

Вражеская страсть

Самый хороший учитель в жизни — опыт. Берет, правда, дорого, но объясняет доходчиво.
Название: Вражеская страсть.
Автор: Laura Ryuzaki.
Бета: Laura Ryuzaki.
Фэндом: Death Note.
Рейтинг: NC-17
Дисклеймер: От прав на персонажей снова отказываюсь!
Пейринг (трио): Лайт\L\Бейонд
Жанр: яой
Содержание: Все хотят L))).
Статус: закончен.
Копирование: с обязательным указанием автора!
Предупреждение: Милые ребятки, не повторяйте мои названия, найду везде!!!
От автора: Приятного прочтения!

***
Вечерело. L стоял у окна и смотрел на поглощаемый сумраком город. Он услышал, как отворилась дверь, но не повернул головы. В отражении оконного стекла он увидел Ягами Лайта.
- Ты давно не приходил сюда, Лайт-кун, - проговорил он.
Лайт подошел к L и положил руки на его плечи.
- Прости, Рюузаки. Я тоже скучал по тебе. Посмотри на меня.
L обернулся и заглянул в глаза Ягами.
- Рюузаки, - начал Лайт. - Меня мучает один вопрос, и я хочу, чтобы ты ответил мне честно.
- Хорошо, Лайт-кун. О чем ты хочешь спрсить меня?
- Скажи, Рюузаки. Если бы я оказался Кирой, и об этом узнал бы только ты... Что бы ты сделал?
Глаза L словно заглядывали в самую глубину души Ягами Лайта. Но детектив молчал.
-Смог бы ты пожертвовать ради справедливости своим единственным другом? - продолжал Лайт. - Даже если я пообещал бы больше не убивать?
L отвел взгляд, но его ответом по-прежнему было молчание. Лайт приблизился к Рюузаки почти вплотную и снова приобнял его за плечи.
- Скажи... Любишь ли ты меня хоть немного, Рюузаки?...
Глаза L по-прежнему смотрели вниз.
- К чему такие вопросы, Лайт-кун? - произнес он.
- Ты не сказал "нет", - прошептал Лайт. - Как я рад этому...
- Но, Лайт-кун, - начал было L, но Лайт внезапно накрыл его губы своими... Он целовал его неизмеримо долго, и губы L открылись ему навстречу, а язык мягко проник в рот Ягами. У Лайта от сладких ощущений закружилась голова; он запустил руки под белую кофту L и начал гладить его тело, нежно, но властно прижимая его к себе. Держа друг друга в объятиях, они постепенно преместились по направлению к кровати L, и Лайт мягким движением усадил Рюузаки на постель. Торопливо расстегнув свою рубашку, Лайт снял ее и опустился на колени перед L.
- Сними, пожалуйста..., - прошептал он, подняв глаза на детектива. - Я хочу видеть тебя...
L снял через голову свою кофту, и Лайт, не помня себя, прижался лицом к его обнаженному торсу, беспрерывно покрывая его поцелуями... Прерывисто вздыхая, L бессознательно положил руку на затылок Ягами, ласково гладя его по волосам и крепче прижимая к себе ладонью его голову. Поцелуи Лайта опускались все ниже, а пальцы потянулись к молнии джинсов, расстегивая их.
- Лайт-кун, чт ты делаешь..., - выдохнул L,
- Молчи, Рюузаки... Позволь мне все сделать самому...
Лайт освободил напряженную плоть L и начал жадно целовать, пока наконец не окутал теплом своего рта. L тихо застонал и вцепился пальцами руки в волосы друга. Тем временем Лайт свободной рукой ласкал себя сам, - так велико было возбуждение от прикосновению к телу Рюузаки. Когда его готовность достигла пика, он отстранился от L. повернув его к себе спиной и прижавшись к нему снова всем телом. L ощутил, насколько сильно напряглась плоть Ягами. Лайт обнял его, проведя пальцами по его губам, проникая в теплую глубину его рта. L обхватил губами пальцы Лайта и скользнул по ним языком. Целуя спину Рюузаки, Лайт опустил руку и, исследуя тело друга, мягко проник в него пальцами. L шумно выдохнул и пошевелился, инстинктивно пытаясь высвободиться, но Ягами навалился на него своим телом и прижал к кровати его руку своей, переплетя пальцы с его пальцами.
- Не вырывайся... пожалуйста... Только один раз... Чтобы на всю жизнь..., - сквозь пелену возбуждения и стыда долетел до Рюузаки прерывистый, сбивающийся шепот Ягами.
Тяжело дыша, с трудом Лайт начал входить в него. L застонал, его глаза прикрылись, на лице выступил неожиданный румянец. Он попытался расслабиться, впуская Лайта полностью. Дыхание Ягами стало шумным, он начал ритмично двигаться внутри L, заставляя того стонать снова и снова. Голова Лайта наклонилась к плечу Рюузаки, а губы жарко прошептали в самое ухо:
- Я Кира...
- Как это прекрасно - видеть тебя таким, L..., - донесся до них чужой вкрадчивый шепот. Из темноты комнаты неслышными шагами выступила человеческая фигура. Юноша был похож на L, как его собственное отражение в зеркале. Сквозь дымку полуприкрытых глаз L увидел, как человек подошел к нему и опустился на колени около постели. Лайт же не мог остановиться, он продолжал свои проникающие движения в тело L, не в силах справиться с желанием...
- Я проникну в любую дверь, L..., - прошептал новоприбывший. - Но еще больше я желал бы проникнуть в твое тело... Ты ведь помнишь ББ? Я одержим тобой, L... Я привлекал твое внимание, убивая людей, но всегда мечтал привлечь его таким, более приятным способом...
Он приблизил свое лицо к лицу Рюузаки, тело которого двигалось в такт движениям Лайта, и губами начал собирать капельки пота, выступившие на лице L. Детектив тяжело дышал, все его тело ослабело, поддаваясь чужой власти. Лайт не прекращал двигаться внутри него, а Бейонд в это время приник губами к губам L и ворвался языком в его рот. В этот момент Лайт, крепко державший Рюузаки, задрожал и с прерывистым стоном излился в него...
Откинувшись на постель, он пытался справиться со сбившимся дыханием, а L оказался в объятиях Бейонда.
- Не волнуйся, - шептал ББ прямо в его губы. - Когда оказываешься в постели со своим врагом, он более не враг тебе... Я так хочу твое тело... Хочу испить тебя до дна, без остатка... Как ты измучен, L..., - его руки гладили каждый сантиметр тела детектива, не останавливаясь ни на секунду; губы повторяли путь его ладоней... Опустившись позади L, он провел языком вдоль его позвоночника вниз, по направлению к истерзанным бедрам. Там его язык стал смелее, попытавшись проникнуть внутрь. L снова застонал и повернулся. Ягами Лайт обнял его сзади, прислонив спиной к своему телу. Его рука гладила L по волосам, в то время как Бейонд приник губами к возбужденной плоти Рюузаки и начал ритмично двигаться с таким наслаждением, словно изголодался. Шумно и прерывисто дыша, L, не удержавшись, излился в теплоту рта Бейонда.Тот наклонился, слизывая оставшиеся капельки влаги с обессиленного тела Рюузаки. Тело L было словно ватное, окружающие звуки слились в одну неразборчивую массу, и L провалился куда-то в небытие. Последнее, что он запомнил, - ощущение обнаженным телом мокрой от пота простыни и отголосок собственного протяжного стона...

@темы: Death Note, NC-17, аниме, фанфики, яой

21:04 

Дилемма

Самый хороший учитель в жизни — опыт. Берет, правда, дорого, но объясняет доходчиво.
Название: Дилемма.
Автор: Laura Ryuzaki.
Бета: Собственной персоной.
Рейтинг: NC-17
Фэндом: Death Note.
Дисклеймер: От прав на персонажей по-прежнему отказываюсь!
Пейринг: L\Light
Жанр: Ангст. Slash. Яой.
Содержание: Дилемма Ягами Лайта - Киры. Убить L? Любить L? Изменение в сюжете: L выживает.
Статус: закончен.
Копирование: с обязательным указанием автора!
Запрещается: использовать мои названия или содержание под чужим именем!!! найду везде!
От автора: Приятного прочтения!

...Я ХОЧУ ЕГО СМЕРТИ.
Да кто он такой? Почему он постоянно смотрит на меня таким взглядом? Недоверие... Я ведь не напрашивался, он сам назвал меня своим другом. И в то же время он ни на минуту, ни на секунду не доверял мне...
Он наблюдает... Хочет поймать меня за руку. Не для того, чтобы выставить перед общественностью с заявлением: "Вот он, Кира!" Отнюдь. Он жаждет этого ради себя самого. Он уже обо всем догадался и ждет только лишь доказательств, лишних подтверждений своей догадки.
Он знал все с самого начала.
И ОН ДОЛЖЕН УМЕРЕТЬ...

Несколько месяцев мы с ним жили бок о бок на расстоянии цепи. Если говорить о нас с ним вместе, то почти во всем мы абсолютно идентичны. Несмотря на свои амбиции, я прекрасно отдаю себе отчет в том, что наше соперничество может быть бесконечным. ОН ДОЛЖЕН УЙТИ С МОЕЙ ДОРОГИ.
Это должно было случиться тогда. Но...
Нечто неожиданное озадачило меня, заставило поменять мои блестящие планы. Нет, я понял, что случилось с Ватари. Поразило меня другое.
Его голос.
- Ватари! - позвал Рюузаки. - Ватари...
Это был голос испуганного ребенка, который навсегда теряет единственного близкого ему человека.
Я рванулся и выбежал из комнаты.
- Остановись, Рем! - закричал я что есть мочи.
Огромный белый силуэт материализовался передо мной.
- Лайт?
Мое сердце колотилось как бешеное.
- Рем, ты успела записать имя Рюузаки?
- Нет, Ягами Лайт. Ты прервал меня.
Усилием воли я попытался взять себя в руки.
- Не пиши его. Я все обдумал. Я смогу защитить Мису.
- Я тебя не понимаю, Ягами Лайт.
- Просто доверься мне, Рем.
Не мог же я признаться Богу смерти, что САМ СЕБЯ НЕ ПОНИМАЮ! Что-то щелкнуло внутри меня, словно переключилось, когда я услышал тот срывающийся голос.
- Рем, я скажу тебе, когда сделать это.
Как знаешь, - силуэт Бога смерти растворился в воздухе так же внезапно, как и появился.
***
Похоронами Ватари L занимался сам. За все это время он не проронил ни одной слезы. Наверное, он просто не умел плакать. Но я чувствовал, что душа его будто сжата в комок. На вопросы он отвечал короткими сухими фразами и не смотрел никому в глаза. Ему пытались выражать свое сочувствие, но разве оно было нужно в такой момент? Я просто стоял рядом с ним и молчал.
Все равно... ВСКОРЕ ОН ДОЛЖЕН УМЕРЕТЬ. Кира продолжит свою миссию.
...НО НЕ СЕЙЧАС...
По крайней мере, на какое-то время я вывел его из игры.
Маленькая комната в штабе... Эта комната сама по себе воплощала одиночество. После похорон он ушел туда и не выходил весь день.
Я тихонько постучал.
- Рюузаки! Это Лайт.
- Входи, не заперто, - донесся до меня его голос. И я вошел.
Он сидел на диване на корточках, обхватив руками ноги и подтянув колени к подбородку. Глаза его неподвижно смотрели в одну точку перед собой. Я поставил на стол поднос, который держал в руках, и встал перед ним.
- Рюузаки. Я принес тебе поесть.
- Спасибо.
Он не повернул головы. Словно даже не уловил того, что я сказал. Он надломлен. И теперь он с двойной яростью будет мстить Кире. Мстить мне...
Я ХОЧУ ЕГО СМЕРТИ. Я УЖЕ ЖАЛЕЮ, ЧТО ОСТАНОВИЛСЯ.
- Счастливый ты, Лайт-кун, - вдруг заговорил он тихим голосом.
- А?... - к чему он клонит?
- У тебя есть семья, родители... У тебя замечательные родители. Береги их.
- Да, я знаю, Рюузаки.
- Когда я встретил Ватари, - он говорил, по-прежнему глядя перед собой, - я был совсем маленьким, у меня не было никого в целом мире. Он привез меня в свой приют. Со мной всегда эти воспоминания. Мы стояли у ворот, и я держал его за руку. С неба падал крупными хлопьями снег. Это было очень красиво. И еще... звонили колокола. Ты когда-нибудь слышал колокола, Лайт-кун?
- Нет, Рюузаки. Где бы я мог их слышать? - удивился я.
- А я до сих пор слышу их в своей голове..., - голос его стал глуше. Он вдруг прижал свою ладонь к губам. Эта ладонь задрожала.
В этот момент я испугался.
ИСПУГАЛСЯ СВОИХ ЧУВСТВ.
Потому что я увидел, как Рюузаки плачет. Слезы тяжелыми каплями текли по его щекам и падали на дрожащие пальцы, прижатые к лицу.
ЭТО БЫЛО СЛИШКОМ.
Мне хотелось уйти.
Я не мог уйти... И не мог вымолвить ни слова.
- Он спросил, не холодно ли мне, - продолжал Рюузаки глухим шепотом. - Он присел передо мной на корточки и завязал потуже мой шарф. Я ответил ему, что так тепло мне еще никогда не было. Он встал и снова взял меня за руку. Мне было так хорошо, что я крепко сжал его руку, чтобы никто не мог забрать его у меня...
Он говорил, а слезы все текли и текли, и их было так много, что я даже удивился. Я раньше никогда не видел, как плачет мужчина. Мне было не по себе. Но я не мог оторвать взгляда.
Его судорожные вздохи сопровождались вздрагиванием плеч. Повинуясь порыву, я наклонился к нему и положил свои руки на его плечи. Заглянул в его глаза.
- Рюузаки.
Его взгляд наконец-то сфокусировался на моем лице. Я едва не отшатнулся, - такую беззащитность и боль я прочел в этих глазах.
- Рюузаки. Успокойся. Воспоминания не нужно оплакивать. Их нужно беречь...
- Я не уберег Ватари...
- Не терзай себя. Ты не виноват.
- Да какая, к черту, разница! - вдруг вскричал он и вскочил на ноги. Мокрые глаза метнули молнии. Я не узнал спокойного и рассудительного L. - Ватари больше нет, и виноват в этом Кира! А я сам по себе не нужен никому, - ни тебе, ни им, - он махнул рукой в сторну двери. - Уходи, Лайт-кун.
Я не мог сдвинуться с места.
- Рюузаки...
- Хорошо, я уйду сам.
Он рванулся с места и выбежал из комнаты. Тревожное предчувствие всколыхнулось во мне, и я побежал за ним. Двери лифта закрылись передо мной, и я стремглав помчался по лестнице вниз. Услышав в подземном гараже рев мотора, я ринулся туда. Автомобиль уже готов был тронуться с места, и я что есть силы рванул вперед, открыл дверцу и впрыгнул на сиденье. казалось, что от быстрого бега сердце вот-вот выпрыгнет из груди.
Что ты задумал, Рюузаки? - задыхаясь, промолвил я.
- Я хочу уехать. Мне нужна скорость.
- Ты сошел с ума! Разве ты умеешь водить машину?
- Умею.
- Тогда я еду с тобой.
- Как знаешь...
Неизвестно, как долго мы мотались по горду. Затем выехали на шоссе и гнали с огромной скоростью. Наконец он остановил машину на обочине. Я взглянул на него. Его глаза по-прежнему были мокрыми.
ЧТО Я НАДЕЛАЛ...
Он хотел выйти из машины. Я схватил его за руку.
- Ты куда, Рюузаки?
- Не знаю... Хочется бежать, не разбирая дороги... Ведь никому нет дела. Пусти!
Он дернулся, попытаясь выхватить свою руку из моей, но я крепко держал ее.
- Пусти, Лайт-кун! - голос его сорвался. Свободной рукой я обхватил его затылок и крепко прижал его голову к своей груди. Он напрягся, сопротивляясь. Я мертвой хваткой держал его, не отпуская.
И тут его рыдания прорвались наружу. Он плакал в голос, и я чувствовал, как сквозь джемпер прожигают мою грудь его слезы.
Сколько слез в одном человеке...
Его рыдания становились все тише, плечи еще вздрагивали. Моя ладонь гладила его по волосам, не подчиняясь моему разуму.
Он отстранился и прошептал, опустив голову:
- Прости меня...
- Пустяки, - промолвил я. Он поднял на меня свои удивительные глаза.
- Я не помню, когда я плакал последний раз... Наверное, в глубоком детстве, - он грустно улыбнулся.
- Поэтому ты не знал, как успокоиться, да?
- Наверное... Но ты мне помог, Лайт-кун.
- Я рад.
Я вздохнул.
Я ЖЕЛАЮ ЕМУ СМЕРТИ! ОН СТОИТ НА ДОРОГЕ КИРЫ! ТОЛЬКО ПОЧЕМУ В ГРУДИ ТАК ТЯЖЕЛО?...
- А ты сам, Рюузаки? Ведь тебе самому никто не нужен. По крайней мере, своим поведением ты все время давал понять, что тебе легче в одиночестве.
Он снова грустно улыбнулся и посмотрел на меня.
Ты так думаешь, Лайт-кун? Тогда ответь, для чего, по-твоему, я приковывал тебя к себе наручниками?
Я пожал плечами.
- Все из-за твоего дурацкого недоверия. Хотя я постоянно твердил тебе, что я не Кира.
- Да, тогда ты не был Кирой, - задумчиво произнес он.
Как же он выводит меня из себя своими подозрениями! УБЬЮ ЕГО!!!
- Но дело не в этом, - он смотрел на меня в упор. - Человек, который мне небезразличен, находился рядом все это время.
- И где же? - удивился я.
- На другом конце цепи, что висела на моей руке...

***

БУМ!!!
Сердце из груди подскочило куда-то к горлу, стало трудно дышать.
- За...зачем я тебе, Рюузаки...
Я не знал, что говорить. А он не знал, как озвучить свои чувства.
Я эгоист, Лайт-кун. Ты просто терпел меня рядом, я чувствовал это. Но без тебя я уже не мог оставаться. Я не могу объяснить, что это такое. Сейчас у меня самый близкий человек - это ты.
ДА ЧТО ЖЕ ОН ДЕЛАЕТ С МОИМ СЕРДЦЕМ!
- Рюузаки! Я ведь не оставляю тебя.
- Лайт-кун, - прошептал он. - Объясни, что со мной происходит...
Я улыбнулся.
- Видимо, тебе просто осточертело твое одиночество.
Его глаза жгли меня.
- Нет, Лайт-кун. Этого мало.
- Почему? - спросил я.
- Потому что мне очень хочется прикоснуться к тебе. Прости меня, я сошел с ума.
Удивление мое переросло в смущение.
- Рюузаки... Ну хорошо, делай что хочешь.
Он протянул руку и коснулся моих волос. Запустив в них свои пальцы, он убрал прядь с моего лица. Провел по щеке, как бы вытирая несуществующую слезу. В этот момент мне не хотелось думать. Не хотелось даже дышать. Я просто отдался ощущениям. От прикосновений его руки мне было как-то по-особенному тепло и приятно, и я сам не заметил, как подался щекой навстречу его ладони. Эта невинная ласка уже не смущала меня. Все было так просто и естественно...
ЧТО СЛУЧИЛОСЬ? ПОЧЕМУ ОН ВДРУГ УБРАЛ РУКУ?
- Прости... Не знаю, что на меня нашло..., - он отвернулся, опустив голову, словно устыдившись своих действий. Но у меня в этот момент появилось странное чувство, что мне дали и тут же отняли что-то очень дорогое. Я не мог этого допустить. Я схватил его голову обеими руками, развернул лицом к себе и впился в его губы поцелуем, неожиданным для меня самого...
Когда я отстранился, я едва смог перевести дыхание. Увидел его огромные глаза.
- Лайт-кун...
Я сглотнул пересохшим горлом.
- На меня... тоже... нашло... Наверное, я ужасно целуюсь.
- Не знаю, Лайт-кун. Меня до этого никто не целовал, сравнивать мне не с чем.
- Сколько тебе лет, Рюузаки?
- Недавно стукнуло двадцать пять.
Возникло молчание. Длиною в целую вечность...
- Почему ты поцеловал меня? - вдруг спросил он.
Я нахмурился.
- Не задавай дурацких вопросов. Больше этого не повторится.
Он слегка улыбнулся.
- Очень жаль.
Пронзительная тишина царила вокруг нас. Наше молчание сливалось с окружающей тишью, олицетворяя собой пустоту, которую необходимо чем-то заполнить.
Иначе ничего не останется.
Иначе исчезнет мир.
Иначе исчезнем МЫ. Он и я...
Я не могу исчезнуть. А ОН ДОЛЖЕН, ДОЛЖЕН!!! ПОЧЕМУ МНЕ ВСЕ ТЯЖЕЛЕЕ ОБ ЭТОМ ДУМАТЬ?..
- Поехали домой, Рюузаки.
Он завел мотор, и автомобиль тронулся с места.

***

Всю дорогу мы молчали. Не сказали друг другу ни единого слова. Так же молча ехали в лифте, лишь смотрели друг на друга, не отрывая взгляда.
Не сговариваясь, мы быстрыми шагами двинулись к маленькой комнате Рюузаки. Как только дверь закрылась за нами, я вцепился в рукав его белого тонкого свитера и смял его около плеча. Он просунул руки под мою куртку. Я двинул плечами, и куртка упала на пол. Свой джемпер я снял сам, роняя его следом. Рюузаки приблизил ко мне свое лицо и приоткрытыми губами накрыл мои губы. Его язык ворвался в мой рот, и я ответил ему.
Мы оба не учились ласкам любви. Наш первый опыт был стихийным, спонтанным, но получился довольно чувственным. Мы безумно хотели друг друга, и наши тела сами подсказывали нам алгоритм действий.
...Он прижался ко мне, и я почувствовал, что он возбужден до предела.
СОВСЕМ КАК Я.
Я снова схватил его за свитер и потянул вверх.
- Сними...
Он рывком снял свитер, который последовал на пол за моей одеждой. Я увидел, какое у него аккуратное тело. Мои ладони легли на его грудь и погладили белоснежную кожу, не тронутую загаром. От моих прикосновений он напрягся, и из его губ вырвался судорожный вздох. Его пальцы лихорадочно расстегивали мои брюки; я же, в свою очередь, возился с молнией на его джинсах.
Мы полностью освободились от одежды.
Я запустил пальцы в его волосы, приближая его голову к себе. Он жаркими поцелуями покрывал мою шею, а я прижался лицом к нему, вдыхая запах его волос, сжимая рукой черную прядь. Он взял мои руки в свои и поднял их над моей головой, прижимая меня к стене. Обеими ладонями он медленно провел от кончиков моих пальцев вдоль по всей длине моего тела, попутно опускаясь вниз, и я резко вздохнул, ощутив теплую влажность его языка... Его губы обхватывали меня внизу, ритмично двигаясь, а я думал о том, что от возбуждения уже не могу дышать... Я был на пределе. Он почувствовал это и остановился. Поднялся на ноги, наклонился ко мне и прошептал в самое ухо, словно стесняясь:
- Прикоснись ко мне... Пожалуйста...
Я протянул руку и коснулся горячей плоти. Возбуждение увлекало меня все дальше... Я гладил Рюузаки, слушая его тихие стоны и сходя с ума от гладкости его кожи.
Он снова опустился передо мной на пол и привлек меня к себе. Его руки обнимали меня, губы целовали мою грудь, и я вдруг почувствовал, как его тонкие пальцы аккуратно проникают в мое тело.
Мое дыхание участилось.
- Я хочу тебя, Лайт-кун, - прошептал он.
Я подумал, что вряд ли физически смогу впустить его в себя.
- Рюузаки... Мы оба не умеем этого делать...
Он гладил меня по спине.
- Я буду осторожен...
Он крепко обнял меня и все остальное время не выпускал из объятий, заглушая боль поцелуями. Я находился на его коленях лицом к нему и видел его глаза, огромные и мистические.
ОН ПРЕКРАСЕН. ОН МОЙ.
ТОЛЬКО МОЙ.
Он гладил мою возбужденную плоть своей ладонью, постепенно усиливая ритм. Мы двигались в такт друг другу, и в финальный момент мне показалось, что я распался на тысячи маленьких кусочков. Дрожь охватила мое тело, и все поплыло перед глазами. мои мышцы сокращались как бешеные...
И тут я услышал его прерывистый стон. Его пальцы вцепились в меня на какое-то время, а затем хватка ослабла, он прижался головой к моему плечу и прошептал, едва переводя дыхание:
- Теперь я понял, что со мной происходит. Я люблю Лайт-куна...
А что же происходило СО МНОЙ?! Ведь я так жаждал его смерти! Я сейчас я обнимаю его, зарывшись лицом в его черные волосы, и мечтаю, чтобы это не заканчивалось никогда.
Я тоже начинаю кое-что понимать. Справедливость - понятие растяжимое... И не хочется мне больше никого карать... Зачем мне Новый мир, если у меня появился свой собственный, где существуем только мы двое?
От Тетради смерти я избавляться не стану. Просто отложу ее в дальний ящик. Но, если будет нужно, ради НЕГО я уничтожу весь белый свет!
Я НЕ ХОЧУ ЕГО СМЕРТИ! Я ХОЧУ, ЧТОБЫ ОН БЫЛ РЯДОМ...
Поменяю ли я когда-нибудь свое решение снова?
Черт меня знает.
ЧЕРТ ЗНАЕТ...

***
Конец.

@темы: Death Note, NC-17, аниме, фанфики, яой

21:02 

Мы заслужили крылья

Самый хороший учитель в жизни — опыт. Берет, правда, дорого, но объясняет доходчиво.
Название: Мы заслужили крылья.
Автор: Laura Ryuzaki.
Бета: Главное правильные кнопки нажимать)))
Рейтинг: PG - 15
Дисклеймер: от прав на персонажей... ОТКАЗЫВАЮСЬ.
Пейринг: L/Light.
Жанр: ангст, яой, мистика)
Содержание: Встреча Л и Лайта после разлуки (вольная интерпретация). Возможно, кто-нибудь уже описывал подобный предсказуемый сюжет...
Копирование: только с шапкой и обязательным указанием автора!
Статус: закончен.
От автора: Запрещается использовать мои названия в своих фанфиках!!! приятного прочтения)

***
Глава 1.

От кого и куда я бежал сейчас? Что я делаю на этих холодных ступенях? Боже, как больно... Невыносимо... Я не чувствю свою руку... В груди такая боль, что хочется кричать. Но я боюсь. Боюсь, что от моего крика разорвется сердце.
Подо мной что-то горячее и липкое... Это моя кровь? Мне кажется, или ее становится все больше? спасибо тебе, моя жестокая боль! Ты есть, а значит, я еще жив..."
Веки Ягами Лайта потяжелели. Мучительно захотелось закрыть глаза. Н овидение, представившееся вдруг его потухающему взору, побудило сфокусировать взгляд.
Перед ним стоял человек. Он был одет в мешковатые джинсы и белую кофту. Его черные волосы лежали в непричесанном беспорядке, а густая челка скрывала взгляд. Горячая, обжигающая волна родилась в груди Ягами Лайта и выстрелами разошлась по телу, усиливая боль от ран. В этом человеке он узнал Рюузаки!
"Я умер. Теперь я точно это знаю. Ты пришел встретить меня у порога вечности. Ты и на этом свете меня нашел... Я так рад видеть тебя снова. Простишь ли ты..."
Фигура приблизилась.Рюузаки опустился на ступени рядом с Лайтом.
- Здравствуй, Лайт-кун.
Этот голос... Он всколыхнул в душе Ягами бурю воспоминаний и ощущений. Так никто не обращался к нему на протяжении последних шести лет. Снова жаркая волна вспыхнула в груди, но Лайт не хотел обращать внимание на боль. Глотая подступившие к горлу слезы, он лишь ждал... мучительно ждал взуков этого голоса.
- Я мертв? - глухо спросил Ягами.
- В той же степени, что и я, Лайт-кун, - ответил тот же голос... О Боже!
И, проваливаясь в небытие, Лайт успел почувствовать, как его измученное тело бережно подхватили чьи-то руки и аккуратно, потихоньку понесли куда-то.

...Мучительные видения никак не хотели отступать и вились вокруг него, словно рой мелких, назойливых мошек. Как долго это продолжалось?... Но время отсутствовало, и ответа на вопрос Ягами не находил. и очень сильно, всем сердцем он пожелал вырваться из этого плена.
Резко открылись светло-карие миндалевидные глаза. И неожиданно встретили на себе взгляд огромных немигающих глаз...
- Я так рад, что ты пришел в себя, Лайт-кун.
Ягами Лайт сглотнул пересохшим горлом.
- Рюузаки...
- Теперь все будет хорошо. Лайт-кун поправится.
Лайт огляделся. Он лежал в постели в большой просторной комнате. Через окно проникали солнечные лучи. Лайт зажмурился, - так стало больно глазам, отвыкшим от света.
- Рюузаки... Пить...
Рюузаки приподнял голову парня рукой, другой поднес к его губам стакан с водой. Лайт сделал пару отрывистых глотков, закашлялся. Рюузаки продолжал поддерживать его за шею.
- Что со мной? Где мы, Рюузаки?
- Все в порядке, Лайт-кун. Ты у меня. И ты идешь на поправк.
-Но.., - Лайт раскрыл карие глаза и посмотрел в лицо Рюузаки. - Тогда, шесть лет тому назад... У меня на руках.., - он осекся, замолчал, опустив голову.
Не сводя взгляда проницательных глаз с лица Ягами Лайта, Рюузаки произнес:
- Я живой... Как и Лайт-кун. Хотя мы оба должэны были умереть. Можешь считать, что нам выпал второй шанс.
Глаза Лайта блеснули.
- Живы... Мы оба живы! - он снова закашлялся, и Рюузаки пришлось поддержать его голову повыше, слегка прислонив к себе. Кашель затих. Лайт в изнеможении прижался лбом к груди Рюузаки.
- Живы.., - он словно смаковал это слово, до конца не веря, что это правда. И вдруг он услышал... В груди, к которой прислонилась его голова, он нашел ответ на свой вопрос. Там билось настоящее, живое сердце Рюузаки! Он отчетливо слышал его стук. Ровный, размеренный. Приносящий надежду...
В душе вновь ожило то мучительное раскаяние, которое терзало Ягами все эти годы. Слезы обожгли глаза Лайта, и он зарыдал как мальчишка, спрятав лицо на груди L.
-Лайт-кун! Ты что, плачешь?..
Частые вздрагивания плеч были ему ответом. Все еще придерживая голову Ягами, Рюузаки свободной рукой обнял его.
- Рюу...за...ки, - прорыдал Лайт. Так хотели прорваться наружу слова... Ему хотелось попросить прощения за всю причиненную другу боль, за предательство, за смех на его могиле... Но он не мог произнести этих слов, и от этого становилось еще мучительнее и больнее. С губ слетел лишь тихий шепот:
- Прости... меня...
Спокойный голос донесся до его слуха.
- Неужели Лайт-кун сомневается... я ждал тебя шесть лет, наблюдал за твоими действиями. Да, я ненавидел Киру. Но я не мог бросить своего первого и единственного друга... умирать. Я пришел за тобой...
От этих слов рыдания Лайта возобновились с новой силой. До чего чистая душа! До чего простые, ясные как день суждения о дружбе и преданности! Да этот человек в тысячу, в миллион раз более великий, нежели низвергнутый Бог Нового Мира!
- Я так рад, Рюузаки, - проговорил Лайт в белую кофту друга. - Рад, потому что самый важный человек в моей жизни пришел ко мне в трудную минуту... И я знаю, что теперь от жизни мне не нужно больше ничего...
Лайт говорил, а Рюузаки думал о том, как хорошо, что Ягами уткнулся в его кофту и не видит... Быстро-быстро пробежала слеза по бледной щеке.
Детективу еще никто не говорил таких слов.

***
Глава 2.

- А теперь ложись. Ты еще слаб.
Лайт лег на постель.
- Так значит, эти годы ты скрывался, Рюузаки. Все были уверены, что тебя нет в живых... Ты что, сам инсценировал свои похороны?
Рюузаки отвернулся.
- Какая теперь разница? Я здесь, ты видишь меня, и этого достаточно. У меня теперь другое имя, ведь мир уверен, что L нет в живых... Но я бы очень хотел, чтобы ты по-прежнему звал меня Рюузаки... Я так давно не слышал этого имени.
Ягами Лайт не мог насмотреться на L, своего давнего друга-врага.
- Ты совсем не изменился, Рюузаки. И одеваешьс так же.
- Отстал от моды, да? - при этом L сделал такое комичное выражение лица, что Лайт, несмотря на слабость, расхохотался.
- А вот ты изменился, Лайт-кун. Повзрослел. Стал настоящим мужчиной. Сколько тебе сейчас, двадцать четыре?
Лайт улыбнулся.
- Да, вот только настоящий мужчина хотел бы уже выздороветь и встать с постели!
- Тебя возвращали к жизни лучшие врачи. Я сам день и ночь ухаживал за тобой. Ты очень долго не приходил в сознание. Твою руку прооперировали - была прострелена кость. .. Но теперь ты уже почти совсем в порядке, - неожиданная улыбка осветила лицо Рюузаки. Лайт отметил про себя, что совсем забыл, как улыбается его друг., какое ласковое выражение приобретают в этот момент его глаза...
- Сейчас тебе необходимо поспать, - проговорил Рюузаки.
- Побудешь со мной?
- Да.
И, уже смежив веки и проваливаясь в сон, Ягами Лайт едва слышно прошептал:
- Спасибо, Рюузаки...
На этот раз он спал спокойно. Тяжелые сны отступили.

...Постепенно силы возвращались к Лайту.
В один из дней Рюузаки сидел за коимпьютером и ел ложечкой торт. Лайт подошел незаметно и тихо проговорил:
- Приятного аппетита!
Рюузаки выронил ложечку.
- Лайт-кун! Зачем же так пугать!
Лайт рассмеялся. В нем проснулся мальчишка. А Рюузаки произнес уже спокойнее:
- Я вижу, ты уже ходишь.
- Да, Рюузаки. Я чувствую себя прекрасно. И еще я бы что-нибудь съел.
- Хочешь торта?
Поскольку ложечка позабыто лежала на полу, Рюузаки взял кусочек торта пальцами и протянул Лайту. Ягами потянулся и откусил кусок. Торт был необыкновенно вкусный, без приторной сладости, которую когда-то раньше так любил Рюузаки. Прожевав, Лайт снова потянулся к руке L и взял с его руки остатки торта губами, случайно прихватив его пальцы. Съел, облизнув губы, довольно зажмурился.
- Вкусно...
Рюузаки же смущенно переводил взгляд то на облизывающего губы Ягами Лайта, то на свои пальцы. Он и сам имел привычку облизывать пальцы от сладкого, но когда это делал Ягами...
- Ты измазался кремом, - произнес Рюузаки, протянув руку к лицу Лайта. Он провел пальцем по уголку губ друга, собирая остатки крема.
- Будешь? - наивно спросил L.
Лайт приоткрыл рот и обхватил губами палец Рюузаки, слизывая крем. L почувствовал прикосновение языка к своей коже в горячем рту Ягами.
- Ты съел весь мой торт, - проговорил он. - Здесь еще осталось немного крема. Это мне.
Он потянулся и собрал губами небольшое пятнышко крема на щеке Лайта. Нос Ягами уткнулся в лохматые черные волосы Рюузаки, и Лайт ощутил давно забытый аромат сладкой ванили, исходящий от кожи и волос L.
Жар охватил Ягами Лайта от кончиков пальцев ног до корней волос. Как соскучился он по этому аромату, по этим глазам... Запустил пальцы в черные непослушные волосы, слегка отстранив от себя голову Рюузаки. Горящими глазами взглянул в его глаза, попав под огонь проницательного серого взгляда. Он хотел вписать в свое сознание каждую черточку забытого и такого родного лица. В ответ Рюузаки тоже резким движением запустил пальцы рук в волосы Лайта и, притянув его к себе, прижался губами к его губам. Лайт жадно впился в губы Рюузаки, стремительно проникая языком в его рот. Он не мог сдерживаться больше. "Как же я соскучился по тебе... Как соскучился...", - стучало у него в голове. Руки их гладили волосы, водили по плечам, сжимали в объятиях... Они не останавливали поцелуй, и наплевать, что им не хватало дыхания.Лайту показалось, что он сошел с ума. Он не мог остановиться и несдержанно, жадно целовал лицо Рюузаки, - сантиметр за сантиметром, - щеки, глаза, приоткрытые губы, - боясь, что его друг может снова исчезнуть из его жизни. Сердца их, живые до невозможности, бешено стучали. Рюузаки, словно голодный, набросился на Ягами Лайта, покрывая поцелуями его обнаженный торс. Рывком Лайт снял кофту с L. Обезумевшие олт неожиданной для них страсти, они походили на диких зверей, - жадно набрасывались друг на друга, вновь и вновь вцеплялись друг другу в волосы, кусали за плечи, впивались в губы... Они впитывали в себя каждую клеточку друг друга, словно хотели слитьс воедино после долгой разлуки.
Не удерживаясь на ногах, они упали на пол. Лайт лежал на Рюузаки, самозабвенно целуя его тело, прижимая его за руки к полу. Рюузаки переплел свои пальцы с пальцами Лайта, крепко сжимая их. Лайт покрывал поцелуями нежную бледную кожу живота L, вздрагивавшего от прикосновений. Опустился ниже, уткнувшись лицом в напрягшуюся выпуклость джинсов. Погладился щекой, словно котенок. Высвобождая пальцы из рук Рюузаки, он приподнялся и снова приник к его губам поцелуем. Руки его потянулись к молнии на джинсах, расстегнули их, приспустив, освободив напряженную, горячую плоть. Дыхание Рюузаки сбилось. Лайт наклонился и ощутил пульсирующий жар губами...
- Ааааах..., - выдохнул Рюузаки. Он впервые почувствовал, какое это невероятное ощущение. Губы Лайта ритмично двигались, побуждая подаваться им навстречу. Смущения не было, было лишь невероятной силы желание ласкать это желанное тело. И Лайт усилил ритм. Рука Рюузаки гладила его по волосам, не останавливаясь, ноги слегка дрожали. Внезапно крупная дрожь перенеслась на все его тело, он обеими руками вцепился в волосы Лайта и прижался телом к его губам. Участилось дыхание.
- Лайт-кууууун!... - закричал в исступлении Рюузаки, закрыв глаза. Его щеки покраснели, руки ослабли, и он в изнеможении откинулся на пол, тяжело дыша. Лайт приподнялся и поцеловал обессиленного Рюузаки в губы. Тот ответил ему, увлекая Ягами на пол рядом с собой.
- Я хочу, чтобы тебе тоже было хорошо... Так же, как для меня сделал ты...
Сердце Лайта забилось еще чаще, когда он почувствовал руки Рюузаки под тонкой тканью трусов. Почувствовал, как губы L прикоснулись к нему... там... начали двигаться... Никогда еще Лайту не было настолько приятно. Ведь эти губы оказались вдруг самыми желанными, самыми родными на свете... Он чувствовал своей плотью тепло рта L, и из его губ вырвался прерывистый шепот:
- Какой ты теплый... Рюузаки... Такой... ласковый... любимый мой.., - Лайт задохнулся, тело его напряглось и забилось в таком сильнейшем оргазме, что на глазах выступили слезинки. Ему было так хорошо, как никогда в жизни.
...Лайт приподнялся, притянув к себе Рюузаки. Тыльной стороной кисти аккуратно вытер влажную капельку, оставшуюся в уголке его рта. Глаза Рюузаки неотрывно смотрели на Лайта. Ягами снова приник к его губам, благодаря L ласковым, глубоким поцелуем.
- Как ты назвал меня?.. - тихо спросил Рюузаки.
- Любимый мой. Реагируй как хочешь, но я люблю тебя, Рюузаки. Жаль, что мне понадобилось столько времени, чтобы это понять...
Рюузаки не сводил глаз с поникшей головы Ягами Лайта.
- Я столько лет ждал Лайт-куна... Так скучал по тебе. И я счастлив, что ты рядом.
- А тебе, Рюузаки, любить меня точно не за что..., - Лайт продолжал сидеть, поникнув головой. Глаза спрятались за карамельной челкой. Рюузаки положил свои руки на плечи друга и неожиданно как следует встряхнул. Лайт удивленно поднял голову и посмотрел на L.
- У Лайт-куна все-таки остались сомнения? У меня ведь нет и никогда не было никого дороже тебя, в целом свете! Понимаешь?... Я всегда любил Лайт-куна. А теперь услышал, что и Лайт-кун любит меня...
Не отрывая взгляда от любимых глаз, Ягами Лайт улыбнулся и приобнял Рюузаки за плечи, в свою очредь легонько встряхнув.
- Я счастлив, Рюузаки! Счастлив, ты понимаешь?!... - он и не замечал, что кричит.

***
Глава 3.

Они сидели рядом, прислонившись друг к другу плечами.
- Я должен тебе кое-что сказать, Лайт-кун, - произнес Рюузаки. - я заключил договор с шинигами.
- Что?! - Лайт удивленно посмотрел на него.
- Тогда, шесть лет назад, пятого ноября... я действительно умер. Я был по ту сторону, Лайт-кун, и я видел этот мир. Но я не мог умереть, не сделав кого-то счастливым. Ведь я так много не успел сделать, будучи живым. А за незавершенные дела шинигами не получают крыльев. И я заключил договор с шинигами. Мне продлили земную жизнь до той поры, пока я не сделаю счастливым того, кого люблю...
Лайт увидел, что вокруг тела Рюузаки возникло легкое сияние. L улыбнулся счастливой улыбкой. Так прекрасно он не улыбался еще никогда. Словно из воздуха, за его спиной материализовались большие, ослепительно белые крылья.
- Нет! - закричал Лайт, и из глаз его брызнули слезы. - я не хочу снова и навсегда потерять тебя, Рюузаки! Я могу быть счастлив только рядом с тобой, а иначе мне жизнь и вовсе не нужна! - он плакал в голос.
- Не надо плакать, Лайт-кун, - все так же улыбаясь, произнес Рюузаки. - Ведь и твоя жизнь окончилась там, на холодных ступенях лестницы. Но тебя оставили рядом со мной ради той же миссии. Дали второй шанс. Лайт-кун любит меня, и я теперь счастлив тоже. Мы оба заслужили крылья, Лайт-кун. И в иной мир мы тоже уходим вместе.
Лайт оглянулся через плечо, почувствовав новое ощущение. За его спиной шевелились огромные крылья, черные, как ночь. Он взмахнул ими и поднялся в воздух, рассекая его. Рюузаки летел впереди, все так же улыбаясь и взмахивая ослепительно сияющими белизной крыльями. Лайт летел за ним и смотрел на влекущее сияние, исходящее от этих белых крыльев. И вдруг он понял...
"Белые крылья! Он ведь не шинигами... Он ангел! Лишь ангелами могут стать невинные души..."
Они улетали, постепенно растворяясь в пространстве. Улетали в иной мир, где все идет круговоротом как продолжение земного бытия.
Белое и черное.
Идентичность и непримиримость.
Ангел и демон.
Любовь и война.

...Они навсегда вместе...

***
Конец.

@темы: Death Note, аниме, фанфики, яой

20:59 

Не стесняйся

Самый хороший учитель в жизни — опыт. Берет, правда, дорого, но объясняет доходчиво.
Название: Не стесняйся.
Автор: Laura Ryuzaki.
Бета: Собственной персоной.
Рейтинг: NC-17
Фэндом: Death Note.
Дисклеймер: От прав на персонажей по-прежнему отказываюсь!
Пейринг: L\Light
Жанр: Slash. Яой!!!
Содержание: Пикантная ситуация и двое на цепи)))
Статус: закончен.
Копирование: с обязательным указанием автора!
Запрещается: использовать мои названия или содержание под чужим именем!!! найду везде!
От автора: Приятного прочтения!

- Лайт-кун, иди сюда, - Рюузаки направился к компьютеру, на цепи потянув за собой Лайта.
- Подожди, куда ты так резко меня тянешь! - воскликнул Ягами и, неловко ступая, споткнулся о гору видеокассет, в беспорядке лежащих на полу. Не удержавшись, он покачнулся, но потерял равновесие и упал, больно ударившись животом об острый угол ящика для кассет, валявшегося рядом.
- Черт, Рюузаки, зачем так резко дергать!
- Извини, я не хотел, - L смотрел на Лайта, который, хмурясь, поднимался с пола. - Больно?
- Нет, все в порядке.
Ночью, раздеваясь перед сном, Лайт почувствовал, что внизу живота возобновилась надоедливая боль. Отвернувшись от Рюузаки, он быстро сбросил одежду и нырнул под одеяло. Он не хотел, чтобы Рюузаки заметил, что ему больно. Но никому еще не удавалось что-либо скрыть от пристального взгляда L.
- Лайт-кун, что у тебя с лицом? Ты хмуришься так, словно у тебя что-то болит.
- Н-нет, Рюузаки. Я просто хочу спать.
- Да.
От боли сон не шел. Лайт просунул руку под одеяло и погладил больное место на животе. Это могло бы принести облегчение, если бы не одна особенность его тела. При равномерном поглаживании низа живота у Лайта непременно наступала эрекция...
Он отдернул руку и снова поморщзился от ноющей боли. Рюузаки не сводил с него взгляда. Он включил ночник и подсел вплотную к Лайту.
- Лайт-кун, ты что, поранился, когда упал?
Лайт натянул одеяло повыше.
- Да все в порядке, Рюузаки!
- Покажи, - L попытался откинуть одеяло, но Лайт на полпути перехватил его.
- Не надо, Рюузаки.
- Покажи мне.
Он настойчиво стянул одеяло с обнаженного тела Лайта, и взору его предстал огромный синяк на животе Ягами. Глаза L расширились от удивления.
- У тебя здесь синяк, Лайт-кун.
- Ну и что! - нахмурился Лайт. Рюузаки протянул руку и прикоснулся к животу Лайта. Тот тихонько вскрикнул.
- Больно? - поинтересовался Рюузаки.
- Щекотно, - огрызнулся Лайт.
- Прости. Это я виноват. Я резко дернул тебя за цепь. Не бойся, нужно разогнать кровь.
Рюузаки начал поглаживать рукой ушибленное место на животе Лайта.
- Н-не надо, Рюузаки, пожалуйста..., - простонал Лайт.
- Потерпи, боли станет меньше.
Несвоевременная эрекция дала о себе знать. Лайту стало неловко.
- Рюузаки, когда мне гладят живот, я...
Но L уже все увидел сам.
- Ох, прости. Я же не знал...
- Еще бы я сказал тебе такое! - произнес Лайт, покраснев.
Но он чувствовал, что ему хочется гладить свой живот и дальше, тем более что синяк все равно болел. Рюузаки сидел рядом на корточках, приложив большой палец руки к губам.
- Лайт-кун, придется не обращать внимания на твою эрекцию и продолжить лечить синяк, - равнодушно проговорил он.
- Легко тебе говорить, - вздохнул Лайт. - Тело-то мое! Мне так неловко...
- Не волнуйся, Лайт-кун. Я же не девушка. Чем ты от меня-то отличаешься?... - Рюузаки ободряюще улыбнулся. Он снова протянул руку и продолжил поглаживать живот Лайта, производя легкие массажные движения. Ягами чувствовал, что боль будто бы отступает, но другая часть его тела по-прежнему настойчиво требовала к себе внимания... Участилось дыхание.
- Все, Рюузаки... Хватит...
- Ты думаешь?
Лайт снова нахмурился.
- Тебе нравится смущать меня?
- А тебе нравится так думать, Лайт-кун? Я, кажется, не давал к этому повода и просто пытаюсь тебе помочь. Но, если тебе неприятно, массируй сам.
- Спасибо, Рюузаки... Я лучше сам.
- Хорошо.
Рюузаки лег на спину, устремив взгляд в потолок. Лайта одолевало нестерпимое желание гладить свой живот, ласкать свою возбужденную плось. Но он не мог позволить себе этого, поскольку рядом находился Рюузаки.
Живот продолжал болеть, и Лайт возобновил массаж. Его рука водила по животу как-то неловко, и он вдруг вскрикнул от резкой боли. Рюузаки повернулся.
- Ты неправильно делаешь, Лайт-кун. Води рукой вот так.
Он положил ладонь на руку Лайта и начал направлять ее. Возбуждение Ягами нарастало. Он уже не мог справиться с собой. Чувствуя приближающуюся разрядку, он свободной рукой обхватил свою возбужденную плоть и сжал ее. Тихо и прерывисто постанывая, он откинул голову на подушку и излился влагой, смочив свой живот и пальцы Рюузаки.
Отдышавшись, он резко отвернулся. Он чувствовал стыд, унижение и злость. Слезы смущения брызнули из глаз. L посмотрел на свою влажную руку, затем перевел взгляд на спину Ягами.
- Лайт-кун... Я просто хотел тебе помочь. Это случайность, тебе нечего стыдиться. Я же тоже человек и все понимаю.
- Зато ты очень хорошо умеешь себя контролировать, - пробурчал в подушку Лайт. - С тобой такого никогда бы не случилось.
Рюузаки вздохнул. Прикоснулся к плечу Лайта.
- Лайт-кун... Посмотри на меня.
- Не хочу.
- Пожалуйста.
Лайт повернулся, нахмуренный.
- Чего тебе?
- Дай руку, не бойся.
L взял руку Лайта в свою и прикоснулся ей к низу своего живота. Ладонь Ягами ощутила горячую напрягшуюся плоть. Лайт резко отдернул руку.
- Ты чего, Рюузаки?!
- Ты понял? Мне должно быть еще более стыдно, нежели тебе, Лайт-кун. Если я и умею контролировать желания своего тела, это еще не значит, что у меня их нет. Поэтому тебе не нужно смущаться из-за твоих реакций.
Лайт исподлобья взглянул на L.
- И ты постоянно подавляешь свои желания?
- Да. Я просто умею переключаться на другое.
- И сейчас тоже?
Рюузаки опустил глаза.
- Сейчас не получается.
Лайт вдруг улыбнулся.
- Рюузаки, тебе просто нужна женщина.
- Лайт-кун... Лучше скажи, как твой живот.
Лайт чувствовал облегчение. Боль понемногу отступала.
- Почти не болит!
- Я рад.
Рюузаки так же лежал на спине, задумчиво глядя в потолок. Лайт повернулся к нему и лег, подпрев голову рукой.
- Ну и что? Так и будешь мучиться?
- Ты о чем, Лайт-кун?
Лайт покраснел.
- О твоей... эрекции. Ты, если что, тоже... не стесняйся...
- Не волнуйся так.
Но Лайт вдруг просунул руку под одеяло и сам тихонько прикоснулся к Рюузаки.
- Можно?...
- А?... - глаза L расширились. Повернув голову, он удивленно посмотрел на Лайта. Но ничего не сказал. Любопытство Лайта взяло верх, и его пальцы обхватили горячую плоть L, начали гладить верх-вниз... У L перехватило дыхание. Лайт наклонился к самому уху Рюузаки и прошептал так тихо, что сам едва услышал себя:
- Мне продолжать?...
Вместо ответа L откинулся на подушку и прерывисто вздохнул. Лайт продолжал свои движения, постепенно убыстряя темп. Внезапно Рюузаки произнес срывающимся шепотом:
- Мне кажется, этого мало, Лайт-кун...
Лайт посмотрел на него.
- Что ты хочешь?
- Я хочу тебя.
- Рюузаки! - Лайт вскочил в постели.
- Ты же сам сказал, чтобы я не стеснялся, Лайт-кун. Не думай обо мне плохо. Я обычный парень... Просто ты - первый, кто... прикоснулся ко мне. Необходимо завершить начатое.
Лайт стал пунцовым с головы до пальчиков ног.
- Ты правда этого очень хочешь?
Рюузаки рукой привлек Лайта на постель.
- Очень хочу.
Он лег сверху на Лайта и обнял его. Ягами почувствовал близкое дыхание L и прошептал в его губы:
- Это же больно...
- Расслабься...
Рюузаки приник ртом к приоткрытым губам Лайта. Лайт ответил на его поцелуй. Сердце бешено колотилось, а мозг осознавал, что после того, что происходит сейчас, они не смогут смотреть друг другу в глаза.
Лайт почувствовал боль и резко выдохнул. На глазах выступили слезы. Рюузаки не отрываясь смотрел ему в глаза. Он произвел следующий аккуратный толчок.
- Дыши глубже и медленнее... Это должно помочь.
Лайт сделал глубокий вдох. Выдох. Снова вдох. И впустил L до конца...
Рюузаки двигался в его теле, постепенно наращивая темп. Его дыхание сбивалось, а глаза продолжали не мигая смотреть на Лайта.
- Не смотри... на меня..., - простонал Ягами.
- Не могу..., - задыхаясь, прошептал L. - Я хочу смотреть на тебя...
- Когда-нибудь... я с тобой... сделаю... то же самое..., - прерывисто выдыхал Лайт слово за словом.
В этот момент тело L напряглось, он прижался лицом к плечу Лайта и вцепился в него зубами. Лайт вскрикнул, и L горячо излился в его тело.
Замерев на несколько минут, он откинулся на постель, все еще тяжело дыша. Лайт повернулся к нему.
- Ну ты даешь, Рюузаки, - произнес он.
- Спасибо, Лайт-кун... Еще раз прошу: не думай обо мне плохо.
Да брось ты! Оба хороши...
Лайт засмеялся, но вдруг тихо охнул от боли. Рюузаки присел и посмотрел на Ягами.
Что случилось? Опять живот? Или у тебя болит... там?
- Н-нет, - Лайт поморщился. - Плечо... Ты меня укусил...
- Я?!.. - искренне удивился Рюузаки. Он приблизился к Ягами и потрогал его плечо, на котором краснели следы от зубов.
- Бедный раненый Лайт-кун, - усмехнулся L. - Теперь будем лечить твое плечо.
Рюузаки начал гладить плечо Лайта ладонью. Ягами Лайт лежал молча, но через несколько минут раздраженно пробормотал:
- Рюузаки, я убью тебя.
- Что случилось, Лайт-кун? Тебе неприятно?
- Перестань гладить мое плечо!
- Почему?
Лайт нахмурился и резким движением откинул одеяло, представив взору L свое напрягшееся мужское естество. Глаза L широко раскрылись от удивления.
- Лайт-кун, ты меня поражаешь! Плечо - еще одна твоя эрогенная зона?
Лайт вдруг рассмеялся.
- Я думаю, Рюузаки, плечо тут ни при чем. Видимо, это реакция на твои прикосновения.
В ответ на это улыбнулся и L.
***
Конец.

@темы: Death Note, NC-17, аниме, фанфики, яой

20:57 

С закрытыми глазами

Самый хороший учитель в жизни — опыт. Берет, правда, дорого, но объясняет доходчиво.
Название: С закрытыми глазами.
Автор: Laura Ryuzaki.
Бета: Собственной персоной.
Рейтинг: NC-17
Фэндом: Death Note.
Дисклеймер: От прав на персонажей по-прежнему отказываюсь!
Пейринг: L\Light
Жанр: Slash. Яой!!!
Содержание: Очередная вольная интерпретация. Посредственный фик без идеи и главной мысли.
Статус: закончен.
Копирование: с обязательным указанием автора!
Запрещается: использовать мои названия или содержание под чужим именем!!! найду везде!
От автора: Приятного прочтения!

***
Снайперский выстрел Ватари немного запоздал. Прежде чем пистолет выпал из пробитой пулей руки, Хигучи успел выстрелить в вертолет, идущий на посадку.
Рука Рюузаки дрогнула, резко дернув рычаг. Вертолет тряхнуло. Лайт повернулся к L и увидел, что его друг бледнее обычного, а голова его бессильно откинулась назад.
- Рюузаки!
Но тот не отвечал. Лайт смотрел, как окрашивается кровью белая кофта L. Пуля пробила плечо.
- Рюузаки! - еще раз выкрикнул Лайт.
Собрав последние силы, L встряхнул головой и посадил вертолет. Лайт лихорадочно расстегивал на L ремень безопасности, чтобы помочь выбраться из вертолета, когда вдруг раздался крик:
- Ложись!!!
Из последних сил Хигучи здоровой рукой схватил лежащий пистолет и снова выстрелил по вертолету, как пришлось... В ту же секунду Лайт бросился на L, уронил его на пол и накрыл своим телом. Они лежали так, ожидая, когда полицейские наконец-то скрутят Хигучи.
Лайт лежал на L, опустив голову и прижавшись лицом к его здоровому плечу. Рюузаки тяжело дышал.
- Не волнуйся... за меня..., - прошептал он с усилием.
- Не разговаривай, ты ранен, - ответил ему Лайт, прижимая руками руки Рюузаки к полу.
- Но, Лайт-кун..., - L еще хотел что-то сказать, но Лайт снова прошептал:
- Тише!
И, так как руки Ягами были заняты, он не придумал иного способа заставить Рюузаки молчать. Он просто прижался губами к его губам... Это был даже не поцелуй. Лайт просто понимал, что от лишнего напряжения и разговоров, которые давались L очень тяжело, кровотечение лишь усилится. Он был взволнован и испуган за друга.
Теперь Хигучи был не опасен. Лайт слез с Рюузаки, слегка приподнял его и прислонил к себе. Они увидели, как полицейские изъяли у Хигучи тетрадь. Они победили... В этот момент Рюузаки потерял сознание...
...Детектива доставили в штаб на полицейской машине.
- Скорее! - прокричал Ягами Соичиро. - Несите его в душ! Необходимо промыть рану!
С усилием сняв кофту с бессознательного детектива, Лайт и Айзава затолкнули L под душевую струю. Окрашенная кровью вода стекала на пол, омывая раненое тело. Прозрачные ручейки сбегали с мокрых волос на бледное лицо и ненадолго задерживались на ресницах закрытых глаз. Голова безвольно откинулась назад на тонкой шее.
Выключив душ, Лайт и Айзава вдвоем подхватили L и унесли на кровать, где его переодел заботливый Ватари.
Врачи хорошо сделали свою работу. На следующий день Рюузаки почувствовал себя лучше.
Шли дни. Рана зарубцевалась, и в повязке уже не было необходимости. Вечером Рюузаки сидел в одиночестве в своей комнате перед монитором. В дверь постучали, и вошел Ягами Лайт.
- Привет, Рюузаки.
- Входи, Лайт-кун. Ты давно не приходил сюда.
Лайт сделал несколько шагов вглубь комнаты.
- Но ведь дело Киры закрыто. Я не хотел надоедать тебе своим присутствием.
- Понятно, - L опустил голову, и его взгляд неподвижно уперся в пол. Лайт посмотрел на него и приблизился.
- Я решил зайти, узнать, как твое плечо.
L встал, засунул руки в карманы джинсов.
- Все в порядке, большое спасибо за заботу, Лайт-кун.
Он отвернулся. Лайт недоумевал. Он подошел к L и положил ему руки на плечи.
Что за настроение, Рюузаки!
L поднял на него глаза.
- Лайт-кун мой единственный друг. Будет очень жаль, если он больше не придет.
- Почему не приду? - удивился Лайт.
- Нас с тобой объединяло общее дело поимки Киры. Мне очень нравилось работать с тобой. Но сейчас у тебя своя жизнь, семья, друзья, Амане Миса... А я снова остаюсь в одиночестве, как и раньше...
Лайт заглянул в глаза детектива.
- Рюузаки! За кого ты меня принимаешь! Это из-за того, что я долго не приходил?
Забывшись, Лайт сжал рукой плечо Рюузаки. Тот вздрогнул и побледнел.
- Ох... Прости...
- Ничего, все в порядке, - поморщившись, произнес L. Лайт улыбнулся.
- Рюузаки! Ты не будешь против, если я останусь до утра здесь? Мы с тобой поболтаем, как в старые добрые времена.
- Оставайся, если хочешь. Я буду рад.
Лайт так же стоял напротив L.
- Можно взглянуть на твой шрам?
L смутился. Затем проговорил:
- Хорошо...
Он стянул через голову свою белую кофту и стыдливо прижал ее к груди, обнажив лишь плечи. Лайт увидел шрам на правом плече Рюузаки. Протянул руку.
- Рюузаки, - тихо произнес он. - Давай мне кофту. Ты же ее мнешь.
- Прости..., - пальцы Рюузаки расслабились, и Лайт вытянул кофту из его рук. Повернувшись, он повесил ее на спинку стула. Затем снова взглянул на Рюузаки. Тот стоял полуобнаженный, слегка ссутулившись и прижав руки к груди. Лайт снова приблизился к нему. Протянул руку и очень осторожно погладил шрам кончиками пальцев.
- Больно?... - прошептал он.
- Почти нет...
- Ты знаешь, - тихо проговорил Лайт. - Я тогда очень за тебя испугался.
- Это правда, Лайт-кун?
- Да...
- Прости.
Внезапно Лайта охватил незнакомый ему порыв, вызванный этой стыдливой покорностью. Он приблизился и легонько прикоснулся к шраму губами... L задрожал.
- Лайт-кун... Что ты делаешь?..
- Это чтобы больше не болело...
- Спасибо...
Лайт поднял глаза на L и вдруг обхватил ладонями его лицо.
- Рюузаки! Тогда, в вертолете... Это не было поцелуем, ты понимаешь?
L неотрывно смотрел на Лайта.
- Да, я понимаю.
- А я думал, что тебе неприятно. Я избегал тебя потому, что мне было стыдно... Стыдно за свой поступок.
- Тебе не за что избегать меня, Лайт-кун. Я скучал по тебе.
- И я по тебе тоже, - Лайт продолжал держать ладонями лицо L, и вдруг прижался лбом к его лбу. Оба одновременно закрыли глаза.
- Лайт-кун, - прошептал Рюузаки. - Что бы ни случилось, не избегай меня.
- Хорошо...
Руки Рюузаки, прижатые к груди, слегка дрожали.
- Тебе холодно? - спросил Лайт.
- Нет.
- Ты меня стесняешься?
L промолчал.
- Опусти руки, - прошептал Лайт. Рюузаки повиновался. Они так и стояли, прижавшись друг к другу лбами.
- Давай не будем открывать глаза...
- Давай...
Рюузаки почувствовал, как во мраке губы Лайта робко коснулись его губ. Ощутил, как руки Ягами првели по его волосам, затем аккуратно обняли за плечи. Ощутил еще один легкий поцелуй на раненом плече. Затем второй, третий...
L не мог вымолвить ни слова. Он не мог даже двигаться и до конца не понимал, что происходит. А Лайт снова прикоснулся губами к его губам. L стоял, замерев.
- Что с тобой?... - прошептал Лайт. - Ты такого не знал?...
- Да..., - раздалс еле слышный шепот L.
- Ты хочешь поцеловать меня тоже?...
- Рюузаки долго молчал, затем тихо-тихо проговорил:
- Да...
Он приоткрыл губы, и Лайт вновь прикоснулся к ним своими. Слегка пошевелил языком и в ответ почувствовал движение языка Рюузаки. Ладонь L легла на затылок Ягами, тонкие пальцы переплелись с каштановыми прядями волос. Не открывая глаз, Лайт чувствовал на губах сладкий вкус губ и языка Рюузаки. Внезапно L слегка отстранился, и Лайт услышал у своего лица тихий шепот:
- Могу я... прикоснуться к Лайт-куну?...
- Да..., - Лайт торопливо стащил через голову коричневую водолазку. Почувствовал, как тонкая прохладная рука L медленно провела по его обнаженной груди. Он прерывисто вздохнул. L опустил голову на плечо Лайта и прижался лицом к его шее, вдыхая запах кожи. Лайт обнял его; Рюузаки, в свою очередь, тоже сомкнул руки на спине друга. Крепко прижал Лайта к себе и ощутил его возбуждение. С закрытыми глазами, наощупь, Рюузаки расстегнул молнию на брюках Лайта.
- Что ты делаешь..., - выдохнул Лайт.
- Ты возбужден..., - прошептал L.
Длинные пальцы проникли под одежду, осторожно поглаживали, ласкали, изучали... Лайт застонал. Его рука перехватила руку L.
- Рюузаки... Я не выдержу...
- Ну и не выдерживай, Лайт-кун... Все равно ты возбужден...
- Я не хочу... без тебя...
По-прежнему не открывая глаз, Лайт расстегнул джинсы Рюузаки и прикоснулся к нему ладонью. Рюузаки вздрогнул. Лайт приник к губам L и снова проник в его сладкий рот своим языком. От ощущений у обоих кружилась голова, а руки продолжали ласкать тела друг друга, поддаваясь запретной страсти. Дыхание у обоих участилось и стало шумным, и внезапно Лайт откинул голову назад и протяжно застонал. Услышав этот стон, Рюузаки резко содрогнулся, его зубы сжались, и на пике ощущений он прижался к Лайту всем телом.
Темнота закрытых глаз словно взорвалась яркой вспышкой, будто закоротило электричество. И они одновременно провалились в эту яркую бездну.
"Что бы ни случилось... Не избегай меня..."
"Я не могу больше избегать тебя... Это выше моих сил...."

***
Конец.

Жаркоооо? ;)

@темы: Death Note, NC-17, аниме, фанфики, яой

20:56 

Самый хороший учитель в жизни — опыт. Берет, правда, дорого, но объясняет доходчиво.
Название: Уроки поцелуев.
Автор: Laura Ryuzaki.
Бета: Сама, любимая)))
Фэндом: Death Note
Рейтинг: PG - 13
Дисклеймер: от прав на персонажей... ОТКАЗЫВАЮСЬ.
Пейринг: L/Light.
Жанр: сенен-ай
Содержание: просто небольшая сценка наедине)
Копирование: только с шапкой и обязательным указанием автора!
Статус: закончен.
От автора: приятного прочтения)

***
- Ты действительно хочешь выпить вина, Лайт-кун?
- Да, Рюузаки. После своего заключения мне хочется сбросить напряжение.
- А ликер зачем?
- Для тебя, ты же любишь сладкое!
- Нет, Лайт-кун, - покачал головой Рюузаки. - Я много ночей не спал и, боюсь, алкоголь свалит меня с ног. Я вообще-то не пью.
Лайт налил в свой бокал немного красного вина и на просвет сквозь него посмотрел на Рюузаки.
- А я не прошу тебя пить, если не нравится. Просто попробуй, это сладко. Да и отдых ты заслужил. Я же здесь, прикован к тебе цепью, никуда от тебя не денусь, хоть я и не Кира!
Лайт наполнил второй бокал ликером и протянул Рюузаки. Тот взял бокал, произнес:
- Тогда за доверие, Лайт-кун?
- За доверие, Рюузаки, - Лайт приподнял свой бокал. Они выпили.
- Да, ликер действительно сладкий, - проговорил Рюузаки. Лайт налил себе еще вина и начал пить маленькими глоточками.
- Рюузаки, - вдруг произнес он.
- Да, Лайт-кун?
- Скажи, это правда, что я твой первый друг?
- Это правда. И мне также хотелось бы, чтобы и ты считал меня своим другом, несмотря на мои подозрения. Ты же понимаешь...
- Понимаю, Рюузаки. Конечно, мы друзья, - улыбнулся Лайт. Налил себе еще вина, наполнил ликером бокал L.
- Интересно, - влруг засмеялся Лайт, - Мы с тобой друзья, сидим и пьем за доверие, а ведь я ничего о тебе не знаю, - он вновь отпил из своего бокала. Рюузаки посмотрел на него.
- А что бы ты хотел узнать обо мне, Лайт-кун?
Лайт протянул Рюузаки бокал с ликером:
- Что-нибудь о твоей личной жизни. Ты когда-нибудь целовался с девушкой?
Рюузаки отпил немного ликера. Облизнул губы. Его огромные глаза смотрели на Лайта не мигая.
- Нет, Лайт-кун. Меня можно считать затворником в связи с моим родом деятельности.
- Ничего себе! - вскричал Лайт. - Нужно срочно найти тебе девушку! - он засмеялся. Рюузаки допил свой бокал.
- Боюсь, у меня не будет времени на девушку, - произнес он.
- Ты что, хочешь сказать, что до конца своей жизни не собираешься ни с кем встречаться? - удивился Лайт.
- Ну почему же,...- засмущался Рюузаки. Вино ударило Лайту в голову. Он прищурился и посмотрел в глаза L.
- Хочешь, я научу тебя?
- Чему? - Рюузаки внимательно глядел на друга.
- Целоваться.
-Лайт-кун..., - покраснел Рюузаки. От ликера его тело стало каким-то слабым. Лайт подошел к нему и сел рядом, прямо напротив.
- Смотри. Главное, не испугать девушку резким напором. Кладешь руки вот так, - Лайт положил руки на плечи L, приблизил к нему свое лицо. Рюузаки смотрел в глаза Лайта своими огромными проницательными глазами, по обыкновению не отрывая взгляда. Выпитый ликер кружил голову, дыхание Лайта пахло сладким вином.
- Потом тихонечко прикасаешься, как бы изучая..., - Лайт мягко коснулся губами губ Рюузаки, нежно обхватывая их, пробуя на вкус. Губы L приоткрылись, он вздрогнул от незнакомых ощущений. Все тело внезапно охватила еще большая слабость. Не встретив сопротивления со стороны L, Лайт снова поцеловал приоткрытые губы Рюузаки, прошелся по ним языком. Рюузаки мелко дрожал. Лайт мягко отстранился, его щеки горели.
- Я не чувствую твоей реакции, Рюузаки.
- Что мне нужно делать? - прошептал L.
- Отвечай мне... Попробуй сам поцеловать меня...
Рюузаки приблизился к лицу Лайта и прикоснулся губами к его губам. Они приоткрылись ему навстречу, захватили его. Язык Лайта проскользнул в рот L, мягко двигаясь, собирая сладкий вкус. L судорожно вздохнул и обнял Лайта за плечи. Затем, повторяя его движения, он тоже начал языком исследование рта Лайта. Дыхание у обоих сбилось, они увлеклись сладостным процессом. Захватили друг друга в объятия, вдруг ставшие жаркими. Лайт крепко прижал к себе Рюузаки, в то время как руки L самозабвенно водили по спине Ягами.
Отстранились друг от друга, тяжело дыша. Не сводили друг с друга взгляда. Дыхание не хотело выравниваться.
- У тебя во рту сладко, - прошептал Лайт. - Мне понравилось тебя целовать...
- Я очень рад, - произнес Рюузаки. - Мне тоже понравилось... Я хороший ученик, Лайт-кун?
- Отличник, - засмеялся Лайт. Он встал и вдруг пошатнулся. Потянул за цепь, на него навалился Рюузаки.
- Ты чего, Лайт-кун?
- Голова закружилась, хи-хи... Наверное, перепил вина...
- Тебе нужно прилечь, - Рюузаки придерживал шатающегося Лайта, ведя его к дивану. Подойдя, Лайт присел на диван, откинул голову. Закрыл глаза.
- Рюузаки, помоги мне.
- В чем, Лайт-кун?
- Раздень меня, пожалуйста! Я не хочу спать в рубашке, так жарко...
- Лайт-кун, не надо было пить так много вина! - произнес Рюузаки. Тем не менее он вздохнул и начал возиться с пуговицами на рубашке Лайта. Наконец он снял ее. Лайт почувствовал на своей груди теплую ладонь Рюузаки. Привалился к нему, положил голову ему на грудь, снова закрыл глаза. Рюузаки обнял его, провел рукой по карамельным волосам.
"Спасибо тебе, что ты появился в моей жизни. Ты можешь предать, убить меня... Возможно, ты все-таки Кира... Но я счастлив, что ты есть у меня. Спи, мой единственный друг..."

Конец.

@темы: Death Note, PG-13, аниме, фанфики

20:53 

Цепная реакция

Самый хороший учитель в жизни — опыт. Берет, правда, дорого, но объясняет доходчиво.
Название: Цепная реакция.
Автор: Laura Ryuzaki.
Бета: Собственной персоной.
Рейтинг: NC-17
Фэндом: Death Note.
Дисклеймер: От прав на персонажей по-прежнему отказываюсь! Продолжаем дарить наслаждение L)))
Пейринг: L\Light
Жанр: Слэш, яой.
Содержание: Л и Ягами Лайт скованы цепью. Лайт провоцирует Л снять цепь.
Статус: закончен.
Копирование: с обязательным указанием автора!
От автора: Приятного прочтения!

- Это вынужденная мера, Лайт-кун, - проговорил L, подняв руку и покачивая цепью перед глазами Ягами Лайта. - Поверь, мне это тоже не доставляет удовольствия.
Лайт нахмурился, краем уха слушая, как возмущается стоящая рядом Амане Миса.
- Ты мне все еще не доверяешь, Рюузаки, - посмотрел он на L.
- Я очень хотел бы доверять тебе, - произнес Рюузаки. - Но, повторяю, это вынужденная мера.
"Ну хорошо, - раздраженно подумал Лайт. - Я сделаю так, что ты сам захочешь снять эту цепь".
Они переехали в новое здание штаб-квартиры, построенное по проекту L. Вечером L и Лайт, как всегда, сидели у компьютеров, когда Ягами вдруг поднялся с кресла и потянулся.
- Рюузаки! Может быть, отдохнем немного? А то моя голова скоро станет похожа на монитор. Давай закажем чего-нибудь поесть, посмотрим телевизор...
- Я могу есть, не отрываясь от работы, - произнес Рюузаки, не поворачивая головы. - Советую это и тебе, Лайт-кун.
Лайт подошел и резко отодвинул крутящееся кресло вместе с примостившимся на нем L.
- Я все понимаю, Рюузаки, но иногда ты просто перегибаешь палку.
- Хорошо, Лайт-кун, - вздохнул Рюузаки. - Заказывай свой ужин.
Они сидели, уютно устроившись на диване, и ели. Лайт включил телевизор и начал переключать каналы.
- Сегодня - никаких новостей! - заявил он. - Я устал.
Рюузаки пожал плечами. Вдруг Лайт перестал щелкать пультом. На экране шел красочный фильм.
- Лайт-кун, я не смотрю мыльные оперы!
- Зато я хочу посмотреть, - усмехнулся Лайт. Фильм оказался эротический, не порно в чистом виде, но с довольно возбуждающим и увлекательным сюжетом.
- Глупости, - пробурчал Рюузаки, отправляя в рот очередной эклер.
- Мне восемнадцать лет, - возразил Ягами. - Иногда хочется посмотреть что-то... пикантное. И это нормально. Странно только, что в твоем возрасте ты считаешь это глупостями...
- Просто мне некогда проводить подобные... эксперименты, - холодно произнес L, глядя на экран. Происходящее там, несомненно, захватывало его и заставляло дыхание учащаться. Он подумал, что, возможно, Лайт слышит это учащенное дыхание, и смутился. Покраснев, он потянулся за следующим эклером. Лайт пристально посмотрел на него.
- Я бы хотел оказаться на месте того парня, - проговорил он, не сводя взгляда с L. - А ты, Рюузаки?
- Прекрати. Слышала бы тебя Амане.
Лайт нервно засмеялся, он тоже дышал чаще, чем обычно.
- При чем здесь Миса? Это же просто фантазии, Рюузаки! Ты что, никогда не фантазировал?
L взглянул на него.
- Можешь сколько угодно провоцировать меня, Лайт-кун, но цепь я не сниму.
- Как хочешь. Фильм кончился, я иду спать.
Лайт встал с дивана, и Рюузаки заметил напрягшийся бугорок у него на брюках. Отвернулся, пожав плечами. Он и сам был возбужден после этого фильма. Но если Лайт и впрямь хотел, чтобы L, смутившись, снял цепь, то номер не пройдет. Расследование есть расследование...
- Пошли умываться, Рюузаки! - Лайт нетерпеливо дернул за цепь. - Спать хочется.
Рюузаки поднялся, все еще смущенный. Лайт усмехнулся:
- Наш великий детектив смутился? Еще бы, такое возбуждающее кино! С девушками нужно встречаться, а не просиживать дни и ночи за компьютером! Во всем нужно знать меру! А теперь мы прикованы друг к другу этой проклятой цепью и не можем даже пойти с девушками на свидание! Спасибо тебе, добрый L!
Внезапно Рюузаки развернулся и ловким приемом ударил ногой Ягами в челюсть. Лайт, не удержавшись на ногах, полетел назад. Цепь натянулась, увлекая за собой Рюузаки. Он неловко повалился вперед и упал на Лайта.
- Какого черта, Рюузаки! - вскричал Ягами.
Все еще лежа на Лайте, Рюузаки схватил его за воротник свитера.
- Ты думаешь, я такой равнодушный к этой стороне вопроса? Ты ошибаешься, Лайт-кун. Ты думаешь, не бывает так, что у меня внутри все разрывается от желания, не находя выхода? Я такой же человек,как и ты, Лайт-кун. Просто я отгоняю от себя эти мысли, ведь все равно мне не с кем обрести это удовлетворение. Я другого склада, Лайт-кун. Я всегда был одинок, и просто смирился с этим. И не надо злить меня, мы просто еще раз подеремся, но цепь я все равно не сниму, имей в виду, Лайт-кун.
Лайту стало стыдно. Он отвернулся и хмуро проговорил:
- Слезь с меня, Рюузаки.

...Ночью Лайт не мог спать спокойно. Ему снились какие-то глупые сны, и он вертелся на постели, не находя покоя. Переворачиваясь, он сквозь сон почувствовал, что обмотался цепью. Ощутил, как на его бок легла теплая рука. Он проснулся.
Рюузаки сидел на своей стороне постели на корточках, по своему обыкновению. Одна рука, натянутая цепью, лежала на Лайте. Ягами размотал цепь, рука Рюузаки свободно упала на постель.
- Рюузаки... Ты спишь? - прошептал Лайт.
- Нет.
- Почему?
Рюузаки ответил, не глядя на него:
- Я думал над твоими словами, Лайт-кун. Я работаю день и ночь, раскрывая множество преступлений, но я был и остаюсь одиноким. Все знают L и уважают его, но никто не полюбил меня как человека, - просто так, не требуя ничего взамен... Ты умудрился очень метко напомнить мне об этом.
Лайт подался к нему.
- Рюузаки! Я тебя обидел, прости... Я правда вел себя по-дурацки... Ты правильно сделал, что ударил меня.
- Но в твоих словах правда, Лайт-кн.
- Ты - мой друг, Рюузаки. Не обижайся на меня больше. Я дурак. Ложись спать.
- Хорошо, я постараюсь, Лайт-кун.
Лайт снова провалился в сон, но он был очень поверхностным, а в комнате было невероятно душно. Наверное, не работал кондиционер. Он услышал сбоку от себя шорох и открыл глаза.
На этот раз ворочался Рюузаки. Его голова беспокойно металась на подушке, дыхание было частым и шумным, губы приоткрыты. Лпйт повернулся к нему. "Или кошмар, или эротический сон", - промелькнула мысль у Лайта.
Рюузаки пошевелился, сбросив с себя одеяло, и Ягами увидел, как тот возбужден. Бессознательно рука Рюузаки потянулась вниз... Лайту стало неловко от присходящего, и, дабы не стать свидетелем пикантной ситуации, Лайт принялся тихонько будить Рюузаки, положив руку ему на грудь. Рука L, остановившись на полпути, вернулась назад и накрыла собой руку Лайта. Лайт почувствовал, какая горячая у Рюузаки ладонь. Понимая, что так он его не разбудит, Лайт придвинулся к Рюузаки и прошептал ему в самое ухо:
- Рюузаки, проснись!
Лайт лежал слишком близко... Проснувшись, Рюузаки резко повернулся к нему лицом, и их губы соприкоснулись. Через секунду оба, пунцовые от стыда, вскочили, сев на кровати и отвернувшись друг от друга... Ни тот, ни другой не знали, что сказать в свое оправдание. Первым опомнился Лайт.
- Я хотел разбудить тебя... Чтобы... Чтобы ты не... Тьфу, черт!... - Лайт замолчал.
- Разбудить, чтобы я не ласкал себя во сне? - глухим голосом проговорил Рюузаки. - Я это делал, да?
- Нет..., - Лайт замялся, - Просто ты метался во сне.
- Ну, и как мне теперь с этим справиться? - задумчиво произнес Рюузаки. Лайту снова стало неловко.
- Расстегни цепь... Выйди.
- Нет. Я не сниму цепь, повторяю тебе.
- Какой ты упрямый, Рюузаки!
- Какой есть...
Лайт понял свою ошибку. Из-за его насмешек и провокаций теперь мучается тот, кто считает его своим единственным другом. "Ягами, ты сволочь", - мысленно сказал он себе. Повернулся и пододвинулся к L.
- Рюузаки. Хочешь, я подскажу тебе, как с этим справиться. Но у меня есть условия.
- Какие? - спросил L, не глядя на него.
- Во-первых, ты не будешь драться. Во-вторых, ты тут же забудешь обо всем. И, в-третьих, доверишься мне.
Рюузаки усмехнулся.
- В этом вопросе, Ягами-кун, я доверяю тебе целиком и полностью.
Лайт молча проглотил справедливую колкость. Придвинулся и прошептал Рюузки на ухо:
- Закрой глаза...
L послушался.
- Ложись...
Рюузаки лег на спину, держа глаза закрытыми. Лайт наклонился и неожиданно мягко поцеловал приоткрытые губы.
- Лайт-кун...
- Помолчи...
Чувствуя собственное нарастающее возбуждение, Лайт снова приник к губам Рюузаки. Язык его пробрался внутрь, ощущая тепло и сладость. Рюузаки, сам того не ожидая, ответил ему, неумело, но очень нежно обхватывая губы Лайта. И почему-то от этого движения сладких, доверчивых губ в паху Лайта стало жарко и тесно. Он опустился ниже, целуя тело Рюузаки. Ему было приятно чувствовать вкус и мягкость его кожи. Рука Ягами скользнула вниз, к настойчиво восставшей плоти, через ткань трусов погладила ее вверх-вниз. Рюузаки прерывисто вздохнул, по-прежнему не открывая глаз. Тихо попросил:
- Сними... их...
Лайт повиновался, раздев Рюузаки. Снова погладил рукой твердую плоть.
- У тебя красивое тело, Рюузаки...
- Неправда...
- Правда.
Темнота скрывала их раскрасневшиеся лица. Лайт наклонился и прикоснулся губами... Рюузаки застонал. Схватил Ягами за руку, притянул к себе. Открыл глаза.
- Тебе ведь неприятно, Ягами-кун?
- Глупый, если бы ты знал, какой ты приятный..., - Лайт, тяжело дыша, схватил голову Рюузаки обеими руками и приник страстным, жаждущим поцелуем.
- Лайт-кун... Я хочу тебя..., - прошептал Рюузаки, вдруг сам испугавшись своих слов. Лайт дрожал от возбуждения. Ему хотелось подарить Рюузаки как можно больше наслаждения, но он прошептал:
- Я боюсь...
- Я тоже...
Рюузаки привстал, приобняв Лайта сзади. Стоя на коленях, он целовал шею, спину Ягами, отчего тот с наслаждением постанывал. Лайт чувствовал, как напряженная плоть L призывно упирается в его тело. Тихий шепот долетел до его уха:
- Если ты не передумал... Помоги мне, пожалуйста...
Лайт обхватил рукой плоть L, направляя и одновременно опасаясь. Слегка придерживая, чтобы он не ворвался сразу. L не спешил. Он чувствовал, как напряжено тело Ягами Лайта, но безумно желал его. Он вошел лишь чуть-чуть и замер, услышав, как Лайт закричал... Он хотел податься назад, но Ягами простонал:
- Пожалуйста, двигайся дальше, Рюузаки! Так замирать, - это... невыносимо...
Рюузаки вошел поглубже и тоже застонал, - таким необычным было ощущение. Ему даже стало немножко больно. Но он продолжал двигаться, помня, что останавливаться нельзя. Он почувствовал такое удовольствие от проникновения в желанное тело, что движения его сами собой стали чаще и глубже, и даже, если бы его сейчас попросили остановиться, он не смог бы. Лайт сдавленно кричал от боли и наслаждения. Рюузки обнял его рукой и обхватил ладонью возбужденную плоть. Начал ласкать, не прекращая движений бедер. Лайт положил свою руку на руку Рюузаки и начал движение вместе с ним, постепенно убыстряя темп, помогая довести себя до наивысшей точки...
Рюузаки первым достиг пика наслаждения. Он громко застонал, прижавшись к спине Лайта, обжигая горячим дыханием его шею. Как последствие его стонов, бурная разрядка настигла и Ягами, и он упал на постель, обильно ее увлажнив. Рюузаки упал тоже, не выпуская из объятий Ягами Лайта.
Они тяжело дышали. Рюузаки по-прежнему прижимался к спине Ягами. Едва шевеля губами от сладкого бессилия, он прошептал:
- Спасибо, Лайт-кун, что позволил мне ощутить... такое. Мне было очень хорошо. А тебе, наверное, теперь будет очень неловко... Я сниму ненавистную тебе цепь.
Чувствуя, как закрываются глаза от истомы, Ягами Лайт тихо произнес:
- Нет, Рюузаки... Не снимай эту цепь. Ведь благодаря ей ты всегда со мною рядом...

***
Конец.

@темы: Death Note, NC-17, аниме, фанфики

20:51 

Чувственный демон

Самый хороший учитель в жизни — опыт. Берет, правда, дорого, но объясняет доходчиво.
Название: Чувственный демон.
Автор: Laura Ryuzaki.
Бета: Собственной персоной.
E-mail: antikira@mail.ru
Рейтинг: NC-17
Фэндом: Kuroshitsuji.
Дисклеймер: Персонажи не мои, но с удовольствием приобрету Себастьяна в личное пользование!)
Жанр: яой.
Пейринг: Себастьян\Сиэль.
Содержание: Исходя из неприятия п***филии, автор позволила себе продлить земной возраст Сиэля Фантомхайва до 16 лет!!! В этом возрасте и произошло сие действо)))
Статус: закончен.
Копирование: с разрешения и с обязательным указанием автора!
От автора: Приятного прочтения!

Прошло столько лет, а его снова одолели кошмарные сны. Проснувшись от собственного крика, он резко сел на взмокшей от пота постели, вцепившись руками в одеяло. Сердце бешено колотилось, готовое вырваться из груди. Он снова почувствовал себя десятилетним мальчиком, одиноким и оставленным всеми, кого он любил. Стоит приказать, и рядом неизменно появится тот, кто всегда защищает его, прикрывая собой от неприятностей и неожиданных врагов. Тот, чьи заботливые руки нге раз оберегали его, ухаживали за ним. Он привык к теплу этих рук, в них всегда было так надежно и уютно, так спокойно, что присутствие рядом этого человекодемона уже считалось чем-то обычным, само собой разумеющимся.
Сиэль всегда, с самого дня гибели своих родителей, считал себя одиноким и никому не нужным. И сейчас перед его глазами проносились воспоминания. Он вспомнил милое лицо Элизабет, которая, как оказалось, всеми своими поступками старалась добиться лишь одного, - сделать Сиэля счастливым. Подумал о своих слугах, - Мэйлин, Барде и Финни, - которые неуклюже, наивно, но зачастую небезуспешно вызывали улыбку на его лице. И еще он думал о нем...
"Я подчиняюсь приказам моего господина..." Нет, он не просто подчинялся приказам. Сиэль часто замечал добрую, совершенно не демоническую улыбку на его лице, - улыбку, при которой ласково смотрят совсем родные глаза, а все лицо будто освещается сиянием. И эти руки... Отнюдь не равнодушные, а ласковые, заботливые руки, которые кормили, одевали, закрывали от невзгод... Не может быть, что он не желает Сиэлю добра... Не может быть, что он лишь равнодушно подчиняется приказам...
"Как же я был глуп! Я считал окружающих лишь пешками в своей игре; лишь слугами, слушающимися своего господина. А на самом деле эти люди всегда заботились обо мне и... любили меня?... А я не дарил им взамен даже частички своего тепла и любви... Я и в самом деле глупый, подверженный слабостям ребенок в свои шестнадцать лет..."
Но после пережитого ночного кошмара Сиэль не хотел и не мог оставаться один в большой пустой комнате. Он вылез из постели и пошел по длинному коридору.

Себастьян Михаэлис, раздетый до пояса, лежал в своей постели. Он полуспал. Демон, облаченный в человеческое тело, вынужден был получить в нагрузк и человеческие потребности, и сейчас это бренное тело получало часть своего отдыха. Дворецкий лежал на спине, его глаза были закрыты, тонкие черты лица замерли в безмятежном спокойствии.
Дверь тихо отворилась, и вошел Сиэль Фантомхайв.
Открылись карие с красноватым отливом глаза. Дворецкий приподнялся на постели.
- Что случилось, мой господин?
- Мне приснился дурной сон.
Сиэль подошел к постели Себастьяна и присел на край.
- Почему же вы меня не позвали? Ни к чему ночью бродить одному по коридору. Прстите меня, я не одет...
- Себастьян! - перебил его Сиэль. - Я не хочу снова возвращаться в ту комнату. Там меня одолевают дурные сны и мысли, которые я никак не могу отогнать прочь от себя. Я буду спать здесь, а ты останься со мной.
Прекрасные, тонко очерченные брови на секунду едва заметно взметнулись вверх, но тут же лицо вновь приняло безмятежное выражение. Лишь легкая улыбка осталась на нем.
- Это проявление слабости, мой господин?
- Это приказ.
- Слушаюсь, мой лорд.
Сиэль забрался с ногами в постель Себастьна, лег головой на подушку и свернулся в комочек на боку.
- Что за мысли не дают вам покоя? - поинтересовался Себастьян.
- Я сомневаюсь, правильно ли я воспринимаю действительность. После гибели моих родителей..., - Сиэль нервно сглотнул, - я, словно еж, свернулся в клубок и колол всех своими иголками. я был убежден в своей ненужности, считал себя одиноким. А сейчас я подумал и вспомнил... Лиззи... Аберлейн... Мои слуги... Они всегда были рядом, заботились обо мне, пытались помочь... А я не отдавал взамен ни капли любви. И тепрь эта мысль гложет меня, оставляя чувство вины. Почему я осознал это только сейчас, Себастьян?
Дворецкий улыбнулся.
- Вы повзрослели, мой господин.
Рядом с Себастьяном вмиг стало спокойнее. Сиэль смежил веки и заснул.

...Снова этот ужас. Снова огонь, горящие тела и то чудовищное лицо, которое демонстрировал ему ангел. Гибель отца и матери прямо у него на глазах...
Он проснулся с рыданиями, резко сел. Его тело трясло от вновь пережитого кошмарного сна. Сильные, надежные руки обхватили, прижали к себе.
- Успокойтесь, мой господин. Это всего лишь сон.
Сиэль поднял лицо к Себастьяну, из его глаз потоком бежали слезы. Дыхание срывалось от плача.
- Я не могу больше, Себастьян, - прошептал юный граф. - Я признаЮсь в своей слабости. ТЫ можешь избавить меня от этого кошмара? Мне страшно, я не хочу повторения.
"Все эти годы он так страдал и умело скрывал это даже от меня... бедный мой господин". Карие глаза, глядевшие на Сиэля, излучали нежность. В этот момент в них не было ничего демонического. Дворецкий протянул руку и провел ею по щекам Сиэля, вытирая слезы. Промокшая повязка упала на постель, но Сиэль не заметил этого. Себастьян ласково водил ладонью по влажной щеке юноши, и Сиэль беспомощно прижался к этой ладони, закрыв глаза. Он все еще коротко всхлипывал, когда Себастьян аккуратно уложил его обратно в постель и лег с ним рядом. Сиэль повернулся на бок и крепко прижался к нему, обняв рукой и положив голову на его теплое, надежное плечо. Постепенно он успокаивался, и ему становилось легче. Страх отступал, и было очень приятно лежать, прижавшись щекой к плечу Себастьяна.
- Себастьян, - проговорил он тихо.
- Да, господин?
- Значит, окружающие меня люди и вправду любят меня? - вернулся Сиэль к своей мысли.
- Да, мой лорд. Они в самом деле любят вас.
- А ты, Себастьян? Ты чувствуешь что-то ко мне? Ведь в человеческом теле должны быть и человеческие чувства?
Себастьян повернул голову. Его глаза смотрели на Сиэля.
- Вы правы. Я привязался к вам, господин. Поэтому я по-прежнему остаюсь с вами, чтобы оберегать и защищать вас. Ведь вы уже это поняли... сами. И вам совсем не обязательно слышать мое подтверждение.
- Тогда я хочу выразить тебе свою... благодарность, - с этими словами Сиэль чуть приподнялся и легко коснулся губами щеки Себастьяна. Затем он опустился ниже, поцеловав ближе к шее... Себастьян вздрогнул.
- Что вы делаете, мой господин?
- Ты всегда был ласков со мной. Хочу увидеть, чувствует ли ласку такой, как ты...
Сиэль приник головой к телу Себастьяна, оставляя на его груди легкие, невинные поцелуи, - один за другим. Глаза Себастьяна не сводили взгляда с темноволосой макушки господина. Он лежал не двигаясь, позволяя целовать себя, - ведь таково было желание графа. Сиэль опускался все ниже, целуя безупречный живот Себастьяна. Дворецкий старался сохранять хладнокровие, чувствуя, как в груди шумно, часто, предательски забилось человеческое сердце...
Сиэль прижимался лицом к его животу, и возбуждение явственно почувствовалось сквозь тонкую ткань пижамных брюк. Он уже не в силах был скрыть его от Сиэля, который так близко ощущал своей щекой восставшую плоть. И неожиданно даже для себя он через тонкий материал нежно поцеловал ее...
Голова Себастьяна резко запрокинулась назад, из приоткрывшихся губ вырвался прерывистый вздох, а руки сами собой легли на плечи Сиэля, слегка отстраняя его.
- Мой господин...
Сиэль поднял голову. На него смотрели прекрасные, нежные, чуть затуманившиеся страстью глаза.
- ОСтановитесь, - проговорил Себастьян, все еще пытаясь успокоить дыхание. - Вы сами не понимаете, что вы делаете...
- Я не так глуп, Себастьян, - прошептал Сиэль. - Для меня очень важно сделать так, чтобы тебе стало приятно. Я хочу увидеть, как ты способен чувствовать...
- Я не сдержусь, и это может быть для вас опасно, мой лорд, - признался дворецкий.
- С тобой мне ничего не страшно, Себастьян, - руки Сиэля между тем стянули тонкие брюки, обнажив демонически совершенное человеческое тело, открывая великолепного вида мужское естество. Сиэль наклонился и неопытно, но уверенно начал ласкать его губами. Себастьян закрыл глаза, не в силах больше противиться порыву господина. Он снова откинул голову назад, не сумев справиться с дыханием. Чувства обострились до предела, и из последних сил он снова отстранил Сиэля, присев на постели. Взяв лицо графа в свои ладони, глубоким взглядом заглянул в распахнутые навстречу ярко-синие глаза. Большой палец руки нежно погладил щеку юноши.
- Мой господин... Что же вы со мной делаете... Я не могу сдерживаться больше. Вы уверены, что не передумаете?
Ясные синие глаза смотрели уверенно, и Себастьян уловил в них нежность и... желание. Он вздохнул.
- Я не передумаю, Себастьян, - произнес Сиэль.
- Я постараюсь быть аккуратным с вами, мой господин.
Все еще держа лицо Сиэля в своих ладонях, Себастьян приблизился и приник губами к приоткрытым губам юноши, словно поглаживая их. Язык его нежно проник в его рот и начал размеренно двигаться, лаская. Юные теплые руки обхватили Себастьяна за шею, молодое тело прижалось к его телу. Пальцы дворецкого торопливо расстегивали пуговицы ночной сорочки Сиэля, снимали ее с плеч... Изящные руки прошлись по спине графа, крепче прижимая к себе. А губы не прерывали поцелуя...
Медленно Себастьян развернул Сиэля спиной к себе, и Сиэль увидел свое отражение в большом зеркале на стене. В этот миг он ощутил, как пальцы себастьяна блуждают по его телу, подготавливая, проникая в него, не допуская грубых движений. Румянец выступил на щеках Сиэля от этих ощущений.
- Вам стоит только приказать..., - ухо обжег жаркий шепот, и не менее горячий язык лизнул нежную мочку.
- Да, Себастьян.., - едва смог выдавить Сиэль. Щеки его стали совсем пунцовыми. Себастьян потихоньку, очень аккуратно начал входить в его тело, и Сиэль забился от непривычной полноты внутри себя, пытаясь вытолкнуть эту полноту наружу. Он застонал от боли, а Себастьян лишь крепче прижимал его к себе. Сиэль молча глотал слезы. Он не мог позволить себе отступить. Рука дворецкого скользнула вниз, лаская юного графа. Постепенно боль становилась привычной, превращаясь во что-то другое, и Сиэль уже жаждал этого ощущения. Он чувствовал, как его ласкает рука Себастьяна, отмеченная дьявольской печатью. Движения бедер становились все быстрее, Себастьян жестокими ударами вонзался в тело графа. Сиэль приоткрыл глаза и увидел в зеркале отражение лица Себастьяна. На этом лице он заметил целый сонм чувств, и у него возникло ощущение огромной радости и удовлетворения, что это именно он, Сиэль Фантомхайв, подарил ему эти чувства. В этот миг его тело содрогнулось, он откинул голову назад на плечо Себастьяна, и дворецкий ощутил на своей ладони горячую, обильную влагу. Он прижался щекой к голове Сиэля. Внезапно взрыв финала накрыл его с головой, и Себастьян застонал:
- О Сиэль!...
Дрожь сотрясала его тело... Придя в себя, Себастьян, спрятав лицо в макушку Сиэля и переводя дыхание, прошептал:
- Простите, что назвал вас по имени, мой господин...
Отдышавшись, он встал с постели, аккуратно взял обессиленного графа на руки и понес. Сиэль обнял Себастьяна за шею и прижался щекой к его щеке. Себастьян бережно опустил Сиэля в ванну, наполненную теплой водой, по которой плавали лепестки белых роз.
- Позвольте мне вымыть вас, господин.
Рука заботливо прошлась мочалкой по хрупкому телу. Сиэль перехватил эту руку и развернул ладонью к себе. Пальцы разжались, и мочалка с плеском упала в воду. Сиэль нагнульс и нежно поцеловал красивую ладонь. Поднял голову и посмотрел на Себастьяна. Дворецкий изумился, глядя на своего графа. Потому что на лице Сиэля он впервые увидел настоящую счастливую улыбку. По иронии судьбы, эту улыбку подарил ему демон...
- Никогда не покидай меня, Себастьян.
Себастьян тоже улыбнулся, и в его глазах заблестели лучи, чем-то напоминающие человеческие слезы счастья.
- Я всегда буду рядом с вами. Ведь я люблю вас, мой лорд...

***
Конец.

@темы: Kuroshitsuji, аниме, NC-17, фанфики

20:48 

Название: Записки с того света. Воспоминание №2. Ягами Лайт.

Самый хороший учитель в жизни — опыт. Берет, правда, дорого, но объясняет доходчиво.
Название: Записки с того света. Воспоминание №2. Ягами Лайт.
Автор: Laura Ryuzaki.
Бета: Собственной персоной.
Рейтинг: PG - 13, POV Лайта
Фэндом: Death Note.
Дисклеймер: От прав на персонажей по-прежнему отказываюсь!
Жанр: POV Лайта. Ангст.
Содержание: Воспоминания Ягами Лайта после смерти...
Статус: закончен.
Копирование: с обязательным указанием автора!
Запрещается: использовать мои названия или содержание под чужим именем!!! найду везде!
От автора: Приятного прочтения!

***
Я часто возвращаюсь в воспоминаниях к тому времени, когда я БЫЛ. Когда-то я был богом. Или человеком, возомнившим себя богом. В моей власти было управлять судьбами и жизнью людей всего мира.
Люди грешны. Я должен был сделать все, что было в моих силах, чтобы в этом бренном мире люди перестали грешить. Но сейчас я задумываюсь - а не был ли грешен я сам?.. Вправе ли я был судить других только потому, что в моих руках было сильнейшее оружие, дающее мне неограниченную власть над чужими жизнями?
Я говорю о Тетради Смерти.
Но в то время я был уверен в своей правоте. И я недоумевал и злился, видя попытки представителей органов правосудия помешать моим действиям. Я сам считал себя воплощением правосудия.
Но больше всего раздражал меня ОН. Он постоянно следовал за мною по пятам, сверля меня своим пронзительным взглядом. Я не знал, как разговаривать с ним, чувствуя, что за каждым его словом может скрываться ловушка.
Он стал моей тенью. Единственный человек над жизнью которого у меня не было власти.
Он был весь окутан тайной.Я не знал его имени. Я не знал, где он родился. Я не знал, что он чувствует. Его лицо с огромными неподвижными глазами казалось мне непроницаемой маской.
Он раздражал меня и... притягивал. Как противоположность, равная мне по образу логического мышления.
Не знаю, всегда ли в его словах была правда, но говорил он всегда по существу и не бросал слов на ветер. И зачастую обезоруживал своей прямотой, требуя такой же прямоты от других.
Он назвал меня своим первым другом. И я принял его дружбу. А разве я мог поступить иначе? Я должен был притвориться... Чтобы стать ближе к нему и отвести от себя подозрение. Ведь он тоже притворялся... Или нет?...
В любом случае, у меня не было другого выхода. Так уж легла карта... Для всех я являлся его лучшим другом, а в душе делал ему смерти. Для меня создание Нового Мира и правосудие были гораздо важнее, чем жизнь однгого человека, стоящего на моем пути. Моя совесть спала где-то глубоко внутри, задавленная жаждой власти. Пусть анонимной, но могущественной власти...
...Он был такой странный... Непохожий ни на кого из тех людей, которых я знал... Он странно сидел, странно смотрел, постоянно ел сладости и строил из них пирамиды. Он не спал ночами и был совершенно равнодушен к своей внешности...
И еще... Было что-то неуловимое, - то, что чя ощущал, но никак не мог объяснить себе. Его постоянное внимание почему-то смущало меня. Я чувствовал, что он хочет что-то сказать мне, дать мне что-то понять... То, что очень важно для него самого.
Когда он стоял под дождем в ту памятную ночь, я вдруг увидел перед собой совершенно иного L. Куда подевалась прежняя ментальная сила, былая сосредоточенность и холодность? Передо мной стоял просто ЧЕЛОВЕК, и по его щеке бежала слеза. Проливной дождь насквозь промочил его одежду и волосы, но он, казалось, совсем не обращал на это внимания. Насколько же сильные эмоции переполняли его, доселе такого скрытного!.. Мне стало не по себе. Я пожалел, что он заметил меня, - ведь я не мог найти в себе сил чтобы понять и утешить его. Я желал ему смерти! Он - мой враг!
Но уйти я тоже не смог.
Говорил он мало и о странных вещах, и слов его яч не понял до конца. Но догадался кое о чем другом... Я знал, чего он ждет. Чтобы наша дружба стала НАСТОЯЩЕЙ.
Грустно, что все так закончилось. Я и сам был бы не против такого друга. Но у меня была другая миссия, и кто знает как бы слоожилось, если бы он действовал в одном направлении со мной... Я был бы очень этому рад.
Я и сам привязался к нему. И я многое бы отдал, чтобы он жил. Многое, но не свою власть.
...Когда он вытирал мои ноги, я понял, что он хотел мне сказать тогда, под дождем. Я обо всем догадался сам. И изо всех сил избегал ответа, избегал своих эмоций, чтобы они не завладели мной без остатка. Я боролся с желанием протянуть ему руку, обнять его. И я даже не сказал ему ни слова. В благодарность за его заботу я вытер полотенцем его мокрые волосы. И то, если бы с них на меня не капала водаЭ, я на это не решился бы... Как ему, должно быть, было больно от осознания этого.
L, неужели ты не понял?.. Неужели не заметил, почему я бежал от тебя и от себя самого? И только обстоятельства были причиной тому, что я не ответил на твой первый шаг. Хотя винить обстоятельства глупо - ведь их создал я сам...
...Но я не справился с собой. Когда он пошатнулся в кресле, я понял, что он умирает... И я бросился к нему, чтобы удержать его от падения на твердый пол. Чтобы ему не было еще больнее.
Мое тело смягчило падение. Он умирал на руках у друга, а я невероятным усилием смог побороть, уничтожить так некстати проснувшиеся во мне эмоции. Главная цель была достигнута. Я злорадно улыбнулся, но не потому, что я торжествовал и радовался его смерти. Нет... Я просто хотел, чтобы он в последние секунды своей жизни узнал, что я и есть Кира. ЧТО ОН БЫЛ ПРАВ. Что на самом деле победил ОН, раскусив меня с самого начала. Наверное, осознание этого факта стало для него лучшей наградой. А, возможно, величайшей болью в жизни...
...Каким жестоким я стал, потеряв его! Больше никто не мог сдерживать мои действия. И я попросту зарвался. Неограниченная власть опьяняла меня, а чувств внутри не осталось вовсе. Просто я уже не мог остановиться. Каким грубым, надменным я был тогда!...
Сколько невиновных пострадало с моей легкой руки. Но я по инерции шел только вперед, не оглядываясь на дорогих мне людей.
Мой отец... Сколько седых волос прибавилось на его голове за эти годы... И в конце концов он отдал свою жизнь в нескончаемой битве с Кирой. В борьбе со мной, своим сыном.. Как больно мне сейчас вспоминать об этом.
Моя сестра... Я помню, как занес свою руку над злосчастным листком, собираясь ззаписать ее имя. Но так и не смог. И все равно она так и не оправилась после похищения и не смогла больше жить полноценной жизнью...
Мой друг... Постоянно в своих мыслях я возвращаюсь к нему. Я смеялся на его могиле. А он пришел за мною, когда я умирал, и протянул мне руку. Принцип "око за око" уже не существовал для него... Он просто хотел увести меня с собой к тому безмятежному свету, в котором очутилась после земной жизни его чистая и честная душа. А я не взял его за руку, потому что не заслуживал этого света. Туда мне дорога заказана. И я закрыл глаза, потому что слишком больно было видеть дорогой облик, зовущий меня...
...Так я и умер, не подав руки тому, кто бескорыстно любил меня. Я даже не знаю, как правильно описать то место, где я нахожусь теперь. Для меня это - пустота, в которой блуждает моя душа, не находя покоя. Ведь человек, использовавший Тетрадь Смерти, не может попасть ни в рай, ни в ад...
..."Если только кто-то другой не поведет тебя туда за руку", - вдруг мелькнула рядом со мной чья-то чужая мысль, как дуновение легкого ветерка. Кто здесь?!
Его образ сияет в нескольких шагах от меня, словно освещенный ослепительно белыми лучами. Так же, как тогда, он протягивает мне руку...
...И я, не раздумывая, вклвдываю в нее свою.
И сейчас я иду с ним вместе.
Я доверяю тебе, L.

***
Конец.

@темы: Death Note, аниме, фанфики

20:46 

Записки с того света. Воспоминание №1. L Lawliet..

Самый хороший учитель в жизни — опыт. Берет, правда, дорого, но объясняет доходчиво.
Название: Записки с того света. Воспоминание №1. L Lawliet..
Автор: Laura Ryuzaki.
Бета: Собственной персоной.
E-mail: antikira@mail.ru
Рейтинг: PG - 13, POV L
Фэндом: Death Note.
Дисклеймер: От прав на персонажей по-прежнему отказываюсь!
Пейринг: L\Light
Жанр: POV Рюузаки. Ангст. Сенен-ай.
Содержание: Что чувствовал L.
Статус: закончен.
Копирование: с обязательным указанием автора!
Запрещается: использовать мои названия или содержание под чужим именем!!! найду везде!
От автора: Приятного прочтения!

Логика всегда помогала мне в моих расследованиях. Но, помимо нее, обнаружились еще два фактора. Когда в моей жизни появился ты.
Фактор первый: интуиция. Когда я впервые взглянул на тебя, я сразу понял: ты и есть тот каратель, который заставил содрогнуться планету. Сложнее всего было доказать это миру посредством фактов. Сам же я внутри себя уже это знал.
Я впервые встретил человека, мыслящего так же, как я. Равносильное противостояние. Это прекрасно.
Это стало частью моей жизни. А впоследствии - и смыслом моей жизни...
Потому что на фоне равносильной борьбы сформировался второй, весьма неожиданный фактор. Чувства.
Мне нравилось играть с тобой. Я ждал проявления твоей слабости. Ждал, когда ты выдашь себя.
Я заключил тебя в тюрьму и через камеру наблюдения не сводил с тебя глаз, - ни днем, ни ночью. Но ты держался. И я посадил тебя на цепь, как собаку. Потому что должен был наблюдать за тобой. Потому что ждал твоей помощи. Потому что хотел, чтобы ты был рядом со мной...
Находясь с тобой на одной цепи, я боялся прикоснуться к тебе. Ты знал наперед все мои действия, и я не хотел, чтобы ты догадался о моих чувствах. Иначе разрушилась бы даже та псевдодружба, которая удерживала нас рядом.
Ты слишком идеален. Ты слишком ценен. И ты бесповоротно ускользаешь от меня...
***
Этот звон... Он не дает мне покоя. С этой крыши можно, наверное, разглядеть пол-Токио. Но у меня пред глазами все расплывается, а от звона колокола болит голова. Может быть, где-то свадьба или похороны? Там, наверное, много людей.
...А у меня есть ты. Ты словно впитался в каждую клеточку моего тела. Я чувствую, что одержим. Интересно, удачно ли я скрывал это? Или окружающие все-таки догадывались?... В любом случае это конец. Наши дороги разойдутся навсегда.
Резко хлынул дождь, но я его и не заметил сначала. Что это со мной? Капли на щеках слишком теплые...
Я сам удивился своим слезам. И ни один человек в мире не смог бы меня утешить. Лишь колокол успокаивал мерным звоном, а дождь ласково гладил по волосам.
Я оглянулся. Ты?!..
А что здесь делаешь ты? Только не говори, что ты потерял меня, что ты волновался за меня. Потому что ты солжешь, а я очень захочу поверить тебе...
Вся наша жизнь превратилась в ложь. Мы лжем, даже когда клянемся, что говорим правду. Я старался быть откровенным с тобой, но я тоже недоговаривал и лгал.
Око за око.
Такой уж я человек.
Но я просто человек. И мне тяжело. И я плакал.
И само собой у меня вырвалось вслух:
- Лайт-кун, говорил ли ты хоть раз вы жизни правду?
Ты удивился. И снова солгал мне. Так я и думал. Действительно...
Больше всего на свете мне хотелось в тот момент, чтобы ты подошел ко мне. Чтобы ты почувствовал мою боль... Я ждал, затаив дыхание. Пожалуйста, подойди! Положи свою руку мне на плечо и по-дружески обними меня. И я снова поверю тебе и прощу всю твою ложь...
Но ты не приблизился.
- Пойдем, Лайт-кун. Ты весь промок, - произнес я. Дальнейшее ожидание не имело смысла...
***
Ты вытирал мокрые волосы, а я смотрел на тебя и думал о том, что первый шаг должен сделать я сам. Я должен был дать тебе понять, что не могу допустить разлуки. Все равно теперь я - уже не тот L, которым был раньше. Тот человек, что сейчас перед тобой, уже не сможет один.
Я подошел к тебе, присел рядом и прикоснулся ладонью к твоей ноге. Наконец-то я к тебе прикоснулся... Ты вздрогнул.
Я вытирал полотенцем твои ступни, не зная, как ты воспримешь такое проявление нежности. Но я не мог иначе, ведь приближалось неизбежное расставание. Ты ведь тоже знал об этом, поэтому прстил мне мою смелость. А еще я вдруг увидел лучики жалости в твоих глазах, будто бы сожаление о чем-то неотвратимом...
Ты протянул руку и провел полотенцем по моим волосам, которые никак не хотели высыхать. Я замер, - столь неожиданным было твое прикосновение. Я понимал, что тебя лишь раздражала вода, капающая на тебя с моих волос.
Но никогда еще я не был так счастлив, как в то короткое мгновение...
И я решился рассказать тебе о том, что чувствую. О том, как пугает меня предстоящая разлука. Меня, великого L, для которого одиночество доселе являлось вторым "я".
- Как грустно, - проговорил я. - Мы скоро расстанемся...
Но почему ты молчал? Мысленно я молил: "Ну ответь же хоть что-нибудь! Помоги мне в этом нелегком разговоре!"
Но ты молча смотрел на меня, и всей твоей изобретательности хватило лишь на то, чтобы снова солгать. Солгать, не произнеся ни слова. Солгать, лишь изобразив удивленный вид. Значит, мы по-прежнему враги.
Я люблю тебя. Мне больно оттого, что я люблю тебя. Еще больнее оттого, что ты не принимаешь меня. Я был готов прямо сейчас сказать тебе об этом.
...Телефонный звонок врезался в тишину. Удивительно, как незначительная мелочь меняет развитие дальнейших событий... Что ж. Возможно, хотя бы тебе будет легче от этой недосказанности.
***
Это случилось так неожиданно, что в первые секунды я и не сообразил, что со мной происходит. Мое сердце сильно стукнуло в груди и будто бы сжалось. Очень больно... Дышать я уже не мог, словно забыл, как это делается. Я чувствовал только, что падаю куда-то, а твои руки подхватывают меня на лету. Я очутился в приюте Вамми, где снова был маленьким мальчиком, восхищающимся яркими витражами окон и чарующим звоном колоколов. Это было самое прекрасное воспоминание моей жизни, и я был рад снова очутиться там...
...И тут я вновь увидел твое лицо. В твоих глазах горел огонь, а губы сложились в усмешку. Усмешку Киры... Ты поборол свою жалость.
Я был прав с самого начала, и я знал, что я прав. Но какая-то часть меня постоянно лгала; я лгал самому себе. Потому что так мне было легче. Хотелось верить в то, чего нет. А сейчас мне уже все равно, кто ты.
Я люблю тебя, Кира.
Я умер, простив тебя.
***
И даже здесь, на границе миров, мне без тебя одиноко. Тело мое мертво, но душа блуждает, сохранив все чувства, которые проснулись в ней благодаря тебе. Я даже теперь не могу без тебя. Я тебя дождусь. Осталось совсем немного. Ведь Бог Смерти уже раскрыл свою тетрадь на последней странице...
И ты перестанешь быть Кирой.
Я заберу тебя с собой, мой Лайт-кун...
Я люблю тебя.
***

@темы: Death Note, аниме, фанфики

20:43 

Лестница в алмазное небо

Самый хороший учитель в жизни — опыт. Берет, правда, дорого, но объясняет доходчиво.
Название: Лестница в алмазное небо.
Автор: Laura Ryuzaki.
Бета: Собственной персоной.
Фэндом: Death Note
Рейтинг: PG-15
Дисклеймер: От прав на персонажей снова отказываюсь!
Пейринг: L\Light
Жанр: POV, ангст, слэш, яой.
Содержание: Сцена после дождя. Смерть и похороны L. Воспоминания Лайта.
Статус: закончен.
Копирование: с обязательным указанием автора!
Предупреждение: Милые ребятки, не повторяйте мои названия, найду везде!!!
От автора: Приятного прочтения!

***
Грустная и в то же время прекрасная картина. Концентрация одиночества.
Дождь.
Крыша.
Он.
Я стоял рядом и разговаривал с ним. Дождевые капли омывали мое тело, бесстыдно и неистово проникая под одежду. Но меня будто не было здесь. Он был один, это был его маленький мир, где отчетливо звонили колокола в этой сумеречной тишине, ничем для меня не нарушаемой, кроме шума дождя.
Я и не должен был слышать лишнего. Колокола звонили лишь для него. Они звонили по нему...
Я уверен, он знал это... Я понимал, что я единственный, кто смог приоткрыть завесу, скрывающую чувства, что жили у него в душе. Но, приоткрыв ее, я не потрудился в свое время заглянуть за занавес и присмотреться повнимательнее. Возможно, тогда бы черно-белое и заиграло яркими красками, но... Я был слишком сосредоточен на том, чтобы убрать его со своего пути.
Это был ЕГО дождь. Его невыплаканные слезы. И весь этот момент тоже принадлежал только ему.
Он слегка улыбнулся. Странная у него улыбка... Губы улыбаются нежно и задмчиво, а в глазах - никакой радости. Они становятся такими грустными, что хоть плачь... Ведь когда человек улыбается, у него есть для улыбки определенный повод... Зачем ты улыбаешься, Рюузаки? Зачем обманываешь меня? Гораздо привычнее твой непроницаемый взор, когда непонятно, что творится у тебя в сердце. Непонятно, и поэтому дышится ровнее.
...В этом и была моя ошибка. Мне было удобнее, проще не понимать его. И он остался одиноким у порога вечности...
Я сам увел его вглубь, под лестницу. Я забрал его у дождя.

***
Сняв промокшую обувь, я присел на ступени. Он опустился на колени около моих ног, и я почувствовал голой ступней прикосновение холодной ладони. От неожиданности я вздрогнул.
- Что ты делаешь?
- Я тебе помогаю... Ты так тщательно вытираешься...
Он говорил, что это во искупление его недоверия ко мне. А ведь он так хотел доверять тому, кого считал своим единственным другом. Только мне он готов был раскрыть свое сердце. А я не захотел, и к тому же закрыл от него свое...
Я чувствовал на своей коже холод его рук. С его волос на мою босую ногу падали дождевые капли. Я взял полотенце и провел им по его челке, собирая влагу. Он извинился, но просить прощения тогда нужно было мне...
Я уверен, что он это понимал. И таким образом он пытался показать мне: я понимаю, и все равно принимаю тебя...
- Как грустно... Мы скоро расстанемся..., - прошелестели его слова. Вопреки логике и воле мои губы произнесли, опережая мои мысли:
- Но я не хочу...
Он поднял голову, и я увидел его глаза. Я просто смотрел в них, а они смотрели в мои.
- Прости, что из-за меня тебе пришлось промокнуть...
- Да уж, это ты виноват.
Глупец! Глупец! Как мог я сказать такое!...
Он приподнялся и подался ко мне.
- Не отталкивай меня. Я хочу попросить прощения... в последний раз...
Его рука легла на мою щеку, и я вдруг почувствовал прикосновение его губ к моим. Эти губы, в отличие от ладоней, были удивительно теплыми. Мои глаза широко раскрылись от удивления, мысли смешались. "Это просто проявление нежности, - уговаривал я сам себя, прогоняя прочь возмущение и стыд. - Просто проявление нежности..."
Он отстранился немного. Провел большим пальцем руки по моей щеке. Его глаза... Как они могли парализовать волю Бога Нового Мира?...
- Лайт-кун... Ты сказал правду? Ты действительно не хочешь расставаться со мной?
Смущение взяло верх, и я произнес, путаясь в словах:
- Я не говорил... ничего такого... Что ты себе напридумывал... Глупости какие...
Он сам все прочитал на моем лице.
- Лайт-кун...

***
Он единственный, кто так называл меня. И в его устах мое имя словно меняло цвет и температуру. Я был для него особенным. Драгоценным. И это мешало мне, ставило стену на пути к вершению моего собственного Правосудия. Я не хотел замечать его порыва.
- Лайт-кун, - произнес тихий голос, - твое присутствие рядом - это единственное, что у меня осталось перед тем, как..., - он помолчал немного, горящие глаза продолжали смотреть в мои. - Позволь мне просто прикоснуться к тебе... Только на минутку...
Я чувствовал, как его прохладные пальцы проникли под рубашку, провели по груди и задержались там, поглаживая мое тело. Моим первым порывом было ненавязчиво отстранить его, и я открыл было рот, но тут же снова почувствовал на губах его теплые губы... А его рука, казавшаяся холодной на контрасте с моим разгоряченным телом, продолжала водить по моей груди, отчего напрягалась каждая клеточка.
- Рюузаки..., - прошептал я в его губы, - Что ты делаешь? Мы же оба нормальные парни...
Я мысленно молил, чтобы мое неровное дыхание не выдало того, что по-настоящему чувствовало мое тело. Умом я понимал, что то, что делает он, - неправильно, нелогично...
- При чем здесь это? - тихо произнес он. - Таково мое отношение к тебе, а остальное неважно. Ведь ты сам сказал, что не хотел бы расставаться со мной...
- Ну вот, опять ты выдумываешь..., - я хотел было рассердиться, но в этот момент рука его начала расстегивать все, что попадалось ей на пути: пуговицы рубашки, молнию брюк...
- Зачем ты...
Я осекся на полуслове. Потому что его прохладные пальцы легонько прикоснулись к моим губам, затем медленно провели длинную дорожку через подбородок, шею, прошлись по груди и животу, и я вздрогнул, ощутив его прикосновение ниже.
- Рюузаки..., - я попытался остановить его.
- Тебе неприятно, Лайт-кун?
Опять это имя... И эти глаза... Слова застревали у меня на языке, этот человек снова парализовал мою волю. Он же сам видел, что мне НЕ неприятно! Тело предательски отзывалось на его прикосновения, открывая взору неопровержимое тому доказательство. Мне было за это стыдно, но отрицать очевидное было глупо.
- У тебя... руки холодные.
- Прости. Я не могу согреть тебя иначе, кроме как..., - он опустил голову, и я ощутил там, внизу, его теплые губы...
"Неправильно! Все, что мы делаем, - неправильно! Так нельзя..." Я порывался оттолкнуть его, ударить, закричать, но мой внутренний протест был подавлен моим же собственным протяжным, глубоким вздохом.
...Неужели это был я? Неужели это мои руки гладили его тело, задирая белый растянутый свитер?...
- Позволь мне... Прошу тебя..., - услышал я едва уловимый шепот около самого уха. Я обнимал его, путаясь в одолевавших меня противоречивых чувствах, не в силах больше терпеть и не в силах отпустить его.
Этому суждено было свершиться. И это произошло. Я уткнулся лицом в ямку на его шее и заглушал внезапную боль, вдыхая запах его кожи, а мои руки, дрожа, цеплялись за его свитер. Он опустил руку и снова прикоснулся ко мне внизу прохладной ладонью. И сейчас единственное, чего я желал, - чтобы он продолжал ласкать меня...
В литературе самые яркие, красочные ощущения сравниваются с видением "неба в алмазах". Почему именно небо и почему в алмазах? Никогда не задумывался над этим, но тогда, лежа на лестнице, я действительно увидел алмазное небо...
Потом, на протяжении прошедших лет, я никогда и ни с кем больше не смог почувствовать такого. У меня впоследствии были женщины, но ни с одной из них я не раскрывался до конца. Меня сдерживало то, что я имею над ними власть, а они видели во мне своего Бога. Кумира. Киру...
Больше никто, ни один человек на свете, не называл меня так, как он. Только он, единственный, доселе сам никогда не знавший ласки и плотской любви, смог подарить мне такое блаженство. Для него я не был Богом. Он один отказывался воспринимать меня таким... Он просто принял меня, - с моими амбициями, ошибками, предательскими действиями по отношению к нему...
Я знал, почему он прощался со мной. Ведь я сам был тому причиной. Он знал все. Чувствовал наперед...
Он посмотрел на меня и снова слегка улыбнулся, отчего его глаза опять сделались грустными. Он не привык улыбаться. Мне так много слов хотелось сказать ему тогда, но слова почему-то застревали у меня в горле. Мы молча смотрели друг другу в глаза, пока звонок мобильного телефона не разорвал тишину момента.
- Идем, Лайт-кун, - он спрятал телефон в карман, - Кажется, все получилось.
И мне ничего не оставалось, как подчиниться. Я надел ботинки и молча поплелся за ним.

***
...Он не спеша помешивал ложечкой кофе в своей чашке, а Смерть уже выносила приговор, записывая его имя в своей тетради.
Нет.
Приговор ему вынес я.
И если бы мне было известно его настоящее имя, еще вчера я бы записал его в Тетрадь Смерти сам.
Порой события, способные изменить единственно важную вещь, случаются слишком поздно. А доселе начатое разгоняется со скоростью поезда, и невозможно остановиться за одну секунду и повернуть назад, даже если изо всей силы потянуть за рычаг.
Поздно.
Слишком поздно.
Где-то в глубине моего подсознания раздался четкий глухой удар. Наверное, я один услышал... Это был последний удар его сердца. Горящими глазами я смотрел, как его тело неспешно, словно в замедленной съемке, опускается с кресла на гладкий холодный пол. Я рванулся и подхватил его, упав вместе с ним. Я держал его в последних объятиях, а гипнотический взгляд прожигал меня насквозь. Бог Нового Мира снова проснулся во мне, и губы сами собой сложились в любимую усмешку Киры.
Видел ли он эту усмешку? На миг мне показалось, что его глаза смотрели СКВОЗЬ меня, и он видел совершенно другие картины, понятные лишь ему одному. Возможно, это были какие-то яркие вопоминания, связанные с детством... Я мог только предполагать. Ведь я так и не успел ничего узнать о нем...
Его глаза утратили обычную проницательность, и я увидел, какой у них мистический серый оттенок. Как у неба в то вечер, когда лил его последний дождь. Пока на этом небе не вспыхнули блеском алмазы...
Небесный сумрак исчез, и глаза медленно закрылись. Его сердце остановилось навсегда. Своего сердцебиения я не слышал тоже...
...Я часто прихожу на то большое, тихое кладбище. Вот она, его могила. Каким холодом, безысходностью веет от этого места...
Его похороны... Небо тогда было каким-то кроваво-красным, по нему не спеша плыли длинные облака. Что это было... Закат? Рассвет? Не помню. Время остановилось для меня вместе с биением его сердца.
Я добился того, к чему стремился.
Он ушел, оставив меня одного в моем Новом Мире, который создавал я сам. Он оставил после себя пустоту. В мире, именуемом Справедливостью, мне больше не с кем было соперничать. Я стал полноправным Властелином и Богом, вершившим судьбы простых людей. Это была моя собственная, личная Справедливость, которая казалась мне единственно верной. Он оставил меня наедине с ней; он ушел со своими собственными представлениями об этом понятии, которые, судя по всему, совершенно не совпадали с моими.
Его больше нет.
А я остался.

***
Кладбище опустело, а я все стоял у тяжелого креста. Мне невыносимо хотелось хотя бы сейчас сказать все те слова, что рвались из глубин моей души; поведать свои истинные чувства...
Позади меня стоял зловещий Бог Смерти и через мое плечо внимательно наблюдал за выражением моего лица. Прости меня, Рюузаки... Я не мог показать ему свою слабость. Я должен был злобно рассмеяться, ведь Бог Смерти ждал от меня именно этого...
И я против воли выдавил из себя этот неестественный, надрывный смех. И чем сильнее обливалось кровью мое измученное сердце, тем громче я смеялся. Смеялся, чтобы не заплакать...
Глаза невыносимо жгло от непролитых слез или, может быть, от красноты этого странного неба. Чтобы спрятать от Бога Смерти свое лицо, мне пришлось опуститься на четвереньки на холодную могилу, где я продолжал громко, безудержно хохотать, злорадно выкрикивая о своей победе, а слезы тяжело и бесконечно капали с моих глаз на безразличную могильную плиту.
...Эти годы ожесточили мое сердце, но не смогли заглушить боль от воспоминаний. Я ведь так и не сказал ему всего того, что собирался сказать. Только от меня одного ему важно было услышать это.
А теперь ему все равно.
... Или нет?
Дождись меня, Рюузаки! Не уходи в вечность! Встреть меня у ее порога, возьми меня за руку, и мы пойдем туда вместе. Встреть, чтобы я мог высказать тебе все то, что чувствовал тогда. Чтобы я наконец смог попросить у тебя прощения...
...Больше всего на свете мне хотелось бы снова увидеть ту грустную улыбку. Все это время Ягами Лайта подавляла другая личность, доминируя во мне. Я - Кира, всесильный молодой Бог. Я чувствовал себя Властелином, держащим земной шар на своей ладони.
А теперь этот мир словно исчез в другое измерение, и мне уже неважно, какой вес в нем имеет пресловутая Справедливость, - ведь у каждого она своя...
В моей нынешней реальности осталось только воспоминание. Самое важное в моей жизни.
Дождь.
Крыша.
Рюузаки.
И лестница в алмазное небо...

***
Конец.

@темы: Death Note, фанфики

В плену у безысходности

главная